Путь домой

А ведь осталось совсем немного! Когда они найдут земной корабль – взрослые смогут его вылечить!

– Я все узнала, Селет, – сказала она. – До космопорта ходит пассажирский монорельс. Но туда пускают только с билетами на корабли. Зато еще есть грузовые флаера. И если мы попадем на какой-нибудь, то к вечеру будем на месте.

Мальчик закрыл глаза, прислушиваясь к чему-то своему.

– Как тебе мой план? – постаралась бодро спросить Трей. – Я знаю, где стоянка флаеров.

– Откуда? – спросил Селет.

– Мы часто бывали здесь раньше, – ответила Трей.

Но как же тогда было все по-другому! Смеющиеся дети, воспитательница, бесплатный обед и полдник, есть монетки, чтобы сходить в визор или покачаться на качелях… потом полчаса полета и они в Доме Детей. А пешком они шли больше недели.

Селет открыл глаза и посмотрел на нее, удивившись наступившей тишине.

Трей нерешительно спросила:

– Ну, так как? Мы идем?

– Идем, – отозвался мальчик.

– А ты себя хорошо чувствуешь?

– Нет, – ответил он, – но это неважно.

Мы должны…– он потер лоб рукой. – Нет… не может быть! Мысль о том, что он мог что-то забыть – испугала его.

Он встал, почесал заросшую голову.

– Я не понимаю ничего в кораблях, – сказала Трей. – Когда мы приедем туда… Как мы найдем земной корабль?

– Это просто, – ответил мальчик, – буквы на борту. Земляне всегда подписывают свои корабли. Ты умеешь читать?

В последнем вопросе Трей послышалась насмешка, но она обрадовалась ей.

Неужели Селет становится прежним?

– Тогда пойдем, – сказала девочка, решительно вставая. Здорово, если Селету стало полегче!

Но это было не так.

Мальчик держался из последних сил. Он почти не понимал, где он и что они делают. Сейчас – важным было одно – идти рядом с Трей и нести свой мешок. Куда они шли, где останавливались, кто встречался им на пути, где они прятались, куда лезли – все это проходило мимо его сознания. Он вполне связно разговаривал с Трей, но только потому, что он был не человеком.

Это его раса – сильная, мудрая и древняя давала столько сил.

Мысленно он продолжал разговаривать и с отцом, и сам с собой – спрашивая себя в который раз – в чем он ошибся? Что сделал не так? Почему он не смог помочь? Он не находил ответ и никто не отвечал ему.

Он понял одно – во всем виновата надежда. Она заставила его страдать. Неправильно было надеяться на то, что он сможет помочь. Он не смог.