Путь к мечте

Матрос, ты заметил это место?

– Нет… – ещё плотнее прижав к себе одеяло и таращась сильнее прежнего в темноту, ответил Димка.

– Плакали наши сокровища, – выдохнул кто-то и тут же добавил: – Но ничего, малыш, я вытащу нас обоих, я бывал в штормах и посильнее! Держись доброго…

– Это в каких штормах? – вмешался вдруг совершенно другой голос. – Ты опять сочиняешь.

– Ну, положим, про клад я не сочинил: нет для него приметы вернее, чем призрак в полночь, лопни моя селезёнка…

– Нет у тебя никакой селезёнки, ты же пододеяльник, – снова довольно нудно возразил другой голос.

– Ну, лопни мои нитки, – ничуть не смутившись, ответил пододеяльник. – Приметы вернее не найти.

– Пододеяльник? – переспросил Димка.

– Ну, это временно, – с энтузиазмом ответил пододеяльник и снова завозился у Димки на животе. – В пододеяльниках я временно, вообще-то я бом-брамсель – парус такой, с пиратского корабля! Клянусь русалкой!

– Никакой ты не парус, – сказал другой голос.

– Ты – пододеяльник, мечтающий быть парусом, а это, заметь, вещи разные.

– Сам ты не парус! – обиделся пододеяльник и даже попытался слегка выгнуться, словно его надувал морской бриз. – И сам ты «не существуешь»!

– Я действительно не парус, я словарь, и тебе это прекрасно известно. И, потому что я словарь, я точно знаю, что существует, а что ты выдумываешь на ходу, – сухо заметил словарь, и Димка понял, что другой голос всё время доносился со стороны книжной полки.

– А я, – вспылил пододеяльник, – существую потому, что мечтаю быть бом-брамселем!

– Ты даже моря не видел.

– Ты тоже!

– Я – другое дело, я про него всё знаю.

– Я видел, – совершенно неожиданно для себя вставил Димка.

– Вот, он видел! – подхватил пододеяльник. – Скажи, здорово нестись над пучиной?!

– Не знаю, – честно ответил Димка. – Я над пучиной не носился. Мне бабушка дальше буйков заплыть не позволила.

– Женщины, – проворчал пододеяльник. – Вечно они даже в мечтах нас дальше буйков не пускают…

– Но я бы поносился… – признался Димка.

– Я! Я буду твоим парусом, кровать будет кораблём, а всё вокруг нас будет морями-океанами, неоткрытыми землями и прочими белыми пятнами на карте! – воодушевился пододеяльник.

– А кем в таком случае буду я? – осведомился словарь.

– Юнгой, – выпалил пододеяльник и захихикал.