Пятеро детей и Оно. Феникс и ковёр. История с амулетом

– Не нас, а меня, – буркнул Роберт. – И если бы вы были настоящими братом и сёстрами, вы бы попросили, чтобы он и вас сделал такими же. Вы не догадываетесь даже, как глупо я себя чувствую.

– И не подумаю просить его, – сказал Сирил, – я вижу, как по-дурацки это выглядит.

Антея перебила его:

– Прекрати, Сирил! Да что с вами, мальчишками, сегодня происходит? Ты пойми, как тяжело Роберту быть таким одному. Нам надо попросить, если быть честными, чтобы Саммиэд выполнил ещё одно желание и сделал нас такими же большими, как Роберт.

Все повздыхали, но всё же согласились с Антеей.

Но Саммиэд и не думал выполнять их желание.

– Нетушки, – сказал он, вытирая мордочку лапами. – Пусть походит в таком виде один, это послужит ему уроком. Как он посмел копаться в песке мокрыми руками? Он чуть было не вымочил меня! Какой-нибудь мальчишка из каменного века и то имел бы больше здравого смысла.

У Роберта и правда руки были влажными от слёз.

– Я никак не могу взять в толк, – продолжал Саммиэд, – почему вы не можете высказать ни одного толкового желания. Например, попросили бы чего-нибудь вкусненького, или хороших манер, или хороших характеров. Пожалуйста, уйдите отсюда!

Он сердито повернулся к ребятам спиной и тут же зарылся в песок.

– Что же нам теперь делать? – задали все по очереди один и тот же вопрос.

– Вначале я разберусь с этим малым из булочной, – мрачно отозвался Роберт.

Разумеется, ему было нетрудно догнать парня. Тот, весело помахивая пустой корзиной, спускался с холма на дорогу, где его ждал хозяин со своей тележкой, успевший развезти свежий хлеб своим постоянным клиентам. Роберт притаился за высоченным стогом сена, сложенным на фермерском дворе, и, когда он услыхал, что мальчишка, посвистывая, приближается к этому двору, он выскочил из-за стога и схватил его за шиворот.

– Ну, теперь ты у меня узнаешь, как драться ногами и бить тех, кто меньше и слабее тебя, – закричал он, и голос его был похож на раскаты грома. Он сгрёб парня в охапку и посадил его на самый верх стога. Сам Роберт уселся на крышу коровника и долго говорил парню, что он о нём думает. А тот вряд ли услышал и понял, что ему говорят, он был в полном шоке от ужаса.