Пять ловких куниц

Ах, эти жирные дождевые червяки, которых пани Патриция готовит по-тайски, добавляя рыбный соус и лемонграсс – приправы, которые она раздобыла на одной из кухонь Карской улицы (в отсутствие хозяйки, разумеется). Ах, эти виноградные улитки, мастерски приготовленные Томасом Монтаной, который владел секретами французской кухни и с кастрюлями и сковородками управлялся так же виртуозно, как с лассо и револьвером. Или лягушки, из которых получался венгерский гуляш (если только пани Патриции удавалось раздобыть настоящий смалец и копченую паприку), или классические лягушачьи лапки в темном пиве.

После такого сытного ужина на десерт они обычно ели сливовое варенье, потому что именно слив видимо-невидимо росло в лесу Линде, где поселилась доблестная пятерка.

Прот Евстахий уже спал без задних лап под листом лопуха, и ему снился десерт «груша Прекрасная Елена», когда какой-то звук нарушил его безмятежный отдых. Это был пронзительный свист Томаса Монтаны, который стоял над товарищем и изо всех сил свистел ему прямо в ухо.

Прот приоткрыл один глаз и недовольно посмотрел на приятеля.

– Кто рано встает, тому бог подает! – проорал Томас Монтана во все горло, а когда Прот Евстахий разлепил наконец второй глаз, вытащил из-за пазухи скрученную из вишневого листа сигару и закурил.

– Пора тебе наконец бросить эту гадость. – Прот Евстахий с отвращением потянул свои усы.

– Я куница, my friend, а не какой-то там… подземный вид – сигары мне не вредят. В этом – наше превосходство над людским родом: нам не нужно слушаться врачей, юристов, философов, политиков или воспитательниц.

Мы свободны!

– Твоя свобода заканчивается там, где начинается моя, – Прот Евстахий поднялся с лежбища, – а я не хочу, чтобы ты дымил мне в нос!

– Of course, of course, my friend. – Томас Монтана отступил на шаг и прищурил один глаз. – Эй, сдается мне, мы снова готовим вылазку… Я чую боевой дух! Этот блеск в глазах, эти лихо встопорщенные усы. Мы знакомы не первый день, my friend. Ну, что на сей раз? Экспедиция по водосточной трубе на чердак старого дома и безумства в сушильне среди простыней? Ночевка под капотом автомобиля или небольшой набег на винный погребок? Лично меня больше всего привлекает последнее…

– Интуиция тебя не обманывает, мой дорогой.

Но на этот раз дело будет помасштабнее.

Глаза Томаса Монтаны загорелись. Он непроизвольно схватился за кобуру с револьвером, которая всегда болталась у него над хвостом.

– Выкладывай! – заговорщицки потребовал он.