У кого план круче? Или с кем переспать, чтобы на утро проснуться знаменитой?

Леша, водитель-телохранитель, окинул внимательным взглядом собравшуюся толпу журналистов и тех несчастных, которым не хватило билетов, или элементарно денег, но ничего подозрительного не заметил и поспешил открыть двери авто. Сначала на новенькую брусчатку ступили мужские туфли, затем женские босоножки. Ева стояла не двигаясь, казалось, все это происходит не с ней, сейчас она сделает шаг и непременно проснется, нащупывая в темноте мокрую от слез подушку. Из легкого транса ее вывел Евгений.

– Что ты стоишь? Нам некогда любоваться красотами архитектуры!

– Да, идем, – и, подумав, добавила: – можно я возьму тебя под руку?

Мужчина просверлил свою прыткую спутницу неодобрительным взглядом:

– Нет, я не хочу, чтобы поползли лишние слухи.

– Я поняла.

– Надеюсь.

Широко улыбаясь они поспешили ко входу, заверив представителей прессы, что ответят на все вопросы после презентации.

Надежды Евы оправдались, она заметила Громову Анну – пожалуй, самого известного дизайнера нижнего белья, она восхищалась каждой ее коллекцией и видела записи всех ее показов, но, к сожаленью, о работе с такой влиятельной женщиной не стоит даже мечтать, бесполезно.

Все модели Громовой – обладательницы бюста третьего размера, с каким-то сожалением Ева смотрит на свою твердую двоечку.

Громогласный голос ведущего прервал размышления девушки. Следующие два с половиной часа ее взгляд был прикован к сцене. Завороженная происходящим, она изо всех сил старалась уместить в памяти каждую коллекцию, изучая поведение моделей, походку, взгляд.

Она была уверенна, что видит дрожь их рук и не сомневалась, что сможет сделать все гораздо лучше. Евгений периодически прерывал ее размышления, показывая на кого-либо из собравшихся гостей и рассказывая краткое содержание их биографии:

– Постарайся запомнить как можно больше. В ресторане к нам могут подходить разные люди, и я хочу, чтобы ты знала, как и с кем можно разговаривать.

Ева только кивала в ответ. К концу показа усталость все же коснулась ее плеч, еле сдерживаясь, чтобы элементарно не поднять руки вверх и не вытянуть спину, она тихо ерзает на сиденье, разминает плечи и шею.

– Может, прекратишь?

Ева вздрогнула, почувствовав жар его дыхания в сантиметре от своего уха.

– Я очень устала.

– От тебя требуется просто сидеть и улыбаться, если одна из камер посмотрит в нашу сторону, мы должны с интересом и восторгом наблюдать за происходящим.

– Мне жарко, здесь душно и платье слишком узкое.