Раз ошибка, два ошибка… Дело о трёхголовой змее

Я протягиваю руку и почти хватаюсь за козырёк, но Пинг резко дёргает головой, а потом наклоняет её, как бы приглашая поиграть.

– Пинг! – Я щёлкаю пальцами. Он мгновенно замирает, но стоит мне потянуться вперёд, как пёс уворачивается.

– Нет, Пинг! Верни!

Пинг трясёт кепку, как грызуна, «убивая» добычу.

Я опускаю руку в карман, где лежат байтсы из печени. Папа делает их сам.

Пинг выпускает кепку из пасти, садится и выжидающе смотрит на меня. Понг садится рядом, приподняв одно ухо.

Папины байтсы просто волшебные! Собаки сделают всё, чтобы заполучить их.

В это время Рене поднимает кепку и брезгливо морщится.

– Фу, собачьи слюни, – говорит она и отдаёт кепку мистеру Ковальски.

– Спасибо. Она мне дорога. На ней важное напоминание для окружающих. – Мистер Ковальски переводит взгляд на кепку и улыбается. Затем отряхивает её и нахлобучивает на голову. На прощание он касается козырька. – Пора искать, где переждать дождь, – бросает он и удаляется, пыхтя, как очень старательный медленный паровозик.

Мы с Рене смотрим на небо. С начала прогулки не прошло и получаса, а уже грохочет гром, сверкают жёлтые молнии, и тучи заволакивают последний участок ясного неба.

Две огромные капли падают на мои руки.

– Давайте-ка убираться отсюда, – говорю я Рене, переходя на бег.

– Слишком поздно! – кричит она, а капли стучат всё чаще и чаще.

– Шевелись! – Я прибавляю скорость. Стук превращается в барабанную дробь.

Мы мчимся изо всех сил, но ливень оказывается быстрее.

После следующего удара молнии раздаётся настолько сильный раскат грома, что Рене бросает поводок, чтобы прикрыть уши руками. Пинг срывается и бежит. Понг бросается за ним, утягивая меня за собой. Я тоже выпускаю поводок из рук.

Собаки бегут к дорожке, которая отделяет парк от улицы. Добравшись до дороги, они не пересекают её. Молодцы. Так безопаснее. Вот только теперь они вынуждены повернуть налево, к моему дому, а не к дому Беннетов.

Некоторые соседи уже украсили свои дома к Хэллоуину. Но собаки проносятся мимо надгробий и соломенных зомби, даже не пометив их. В итоге Пинг и Понг финишировали у дома гораздо раньше нас. Мы с Рене не бегуны-марафонцы.

Небо раскалывает зигзагообразная молния, за которой следует очередной раскат грома.

– В дом им нельзя. У моей мамы аллергия, не забыла? – говорю я Рене.