Ракушкино детство. Невыдуманные истории. Часть 1

Баб-Бэл исполнилось уже 90 лет. Но выглядела моложе, потому что была высокая и худая. С виду – такая милая старушка. Когда Баб-Бэл сутулилась, она казалась маленькой и беззащитной. Зубов у неё давно не было. И впалые щёки придавали её лицу жалкий вид.

Но когда Баб-Бэл выпрямлялась, как будто вспомнив про свою осанку, то при этом менялось выражение её лица. Она превращалась в какую-то властную старушенцию с натянутыми щёками и поджатыми губами.

Кто-то рассказал, что когда-то Баб-Бэл приехала в Россию к родственникам из Польши.

Она не русская. Полька. Но уехать обратно домой не смогла. Такие вот были времена.

Сколько Ракушка помнит, Баб-Бэл всегда ходила в одном и том же платье с длинными рукавами. И зимой, и летом. Маша знала, что когда-то оно было коричневым. Платье так застиралось и со временем выцвело, что стало каким-то серо-розоватым. Но всегда было чистое, пахнущее хозяйственным мылом и тщательно выглаженное. Этим хозяйственным мылом пахло вообще всё в комнатах у Баб-Бэл. С нескрываемым удовольствием вдыхая этот запах, Баб-Бэл с восхищением говорила: – Чистотой пахнет!

А Ракушка украдкой морщилась.

Запах мыла ей не нравился. Вот мамины духи – это да… Пахли, как живые цветы. Девочка постоянно душилась ими. И тогда уже недовольно морщилась Баб-Бэл.

– Дуст какой-то, – приговаривала она.

Поверх платья Баб-Бэл всегда надевала серый фартук. И так ходила весь день. Лицо хозяйки было покрыто глубокими морщинами, а редкие седые волосы всегда были аккуратно зачёсаны и собраны в пучок на самой макушке.

Часто на лицо она намазывала сметану, чтобы хоть немного разгладить морщины. И в таком виде ходила. Ракушка сначала пугалась, когда видела эту маску. Особенно если Баб-Бэл ещё не собрала свои волосы в пучок, и они торчали в разные стороны, как одуванчик. Было страшно, когда в тёмном коридоре в таком виде появлялась Баб-Бэл. Со временем Маша привыкла и не пугалась. Наоборот, было смешно.

Баб-Бэл разговаривала всегда мало и неохотно.

Хотя недовольство выражала бурно – тараторила без остановки.

К ней иногда приходили гости – её брат с семьёй. И тогда она жарила хлеб на пахучем подсолнечном масле, потом посыпала его сахаром.

Да-да, такое вот было угощение.

Едкий дым, который выделялся при жарке хлеба, стоял столбом во всём доме, и долго не выветривался. Ракушка хоть и плотно закрывала дверь, всё равно дым через какие-то щели попадал к ним в комнату. От него щипало нос, слезились глаза.