Рассекая ветер

А здание с правой стороны и было тем самым Тикусэйсо.

– Всего здесь девять комнат. Теперь благодаря тебе, Какэру, и в последней девятой появился жилец.

Ступая по гравию, Киёсэ подвел Какэру к входной двери. Это была решетчатая раздвижная дверь с тонким стеклом. Над длинным узким козырьком, где копошились крошечные насекомые, мерцала уличная лампа. Благодаря этому слабому свету Какэру смог разобрать, что написано на старой деревянной табличке рядом со входом. Там размашистым почерком было выведено: «Тикусэйсо».

Киёсэ небрежно поставил велосипед, взял под мышку два тазика, вставленные друг в друга, и протянул руку к раздвижной двери.

– Я познакомлю тебя с нашими. Все здесь – студенты Кансэя. Чтобы попасть внутрь, есть небольшая хитрость, – добавил он, приподнимая наверх с трудом поддающуюся дверь и толкая ее в сторону.

В прихожей был бетонный пол, сбоку от входа – шкафчик для обуви с дверцами. Похоже, он также использовался в качестве почтового ящика. Над дверцами были горизонтальные щели, а номера комнат, нацарапанные на бумаге шариковой ручкой, прикреплены скотчем.

Лестница справа от входа вела на второй этаж. Даже не подходя к ней, Какэру увидел, как она покосилась. Ему показалось удивительным, что здание до сих пор не рухнуло.

Киёсэ снял сандалии и сказал Какэру:

– Заходи.

Какэру положил кроссовки в шкафчик с номером 103, как ему и сказал Киёсэ.

В этот момент кто-то проговорил:

– Хайдзи-сан, привет!

Какэру в замешательстве огляделся.

– Сюда смотри, я тут! – вновь донесся голос.

Какэру и Киёсэ посмотрели наверх. Над прихожей в потолке была дыра размером с кулак. Казалось, что кто-то пытается протиснуть в нее свое лицо. В разломе были видны лишь глаза с озорным выражением.

– Дзёдзи… – прошипел Киёсэ низким голосом, – …что это еще за дыра?

– Я просто наступил – и вот!..

– Сейчас подойду, жди.

Видно было, что Киёсэ рассердился, но он бесшумно поднялся по лестнице. Какэру был озадачен, но решил последовать за ним. Стоило ему поставить ногу на ступеньку, как она громко заскрипела, будто это был «соловьиный пол»[3 - В Средние века, чтобы чужому человеку было трудно прокрасться незамеченным, внутри дворцов и храмов мостили так называемые угуисубари (угуису – «соловей», бари – «натяжение»), или «соловьиные полы», которые сильно скрипели.