Гримуар лиходеев. Гризельда

Точнее, эксперту, которого он искал. Но без официального оформления это его слабо оправдывало.

Вздохнув, Фиджеральд решил выложить всё как есть:

– Я почти его догнал. Но грузчик той «Ригги» ускользнул в последний момент. Он завёл меня на территорию подконтрольную моамбальцам, где я наткнулся на толпу последователей Баала. А беглеца нигде не было.

– Кровавый бог, да? – кивнула кукла. – В Асторисе тоже много фанатиков, вербующих заключённых. Может быть, я ошиблась, и грузчик добил нашу жертву, поэтому и сбежал к своим? Только к своим ли? Может, он и сам стал нечаянной жертвой похищения?

– В этом-то и проблема, – вздохнул Боул, возвращаясь к чтению.

 – Люди, попадающие в эту секту, бесконтрольно исчезают на просторах всей империи. Буквально. Не находят ни трупов, ни останков.

– А как насчёт лангуджи?

– Что?

– Как насчёт территорий кочевников? – задумчиво спросила Нона. – Может быть, похищенных людей увозят на эти территории? Ведь, как известно, лангуджийцы любят использовать рабов.

– Не думаю, что это так.

Все пограничные пункты контролируются в усиленном режиме. – Детектив отрицательно покачал головой. – Я думаю, братство находит какие-то способы, чтобы запутать наши поиски. Меняют душевный след, мешают поисковым чарам и так далее. Думаю, копать нужно в этом направлении.

– Хм…

Вианон нагнулась к столу, упираясь в его край фарфоровыми пальчиками, и пристальнее уставилась на картинки, судя по всему, жертв исчезновения.

– Вы расследуете глобальный заговор? – Кукла кивнула на фанерную доску, висящую над столом и, в частности, на фотокарточки, приколотые иголками к эдакому панно преступлений.

– Это нераскрытые дела, над которыми я работал, – нехотя ответил Боул. А найдя глазами фотографию исчезнувшей жены, в очередной раз скривился и отвёл взгляд.

– Нераскрытые дела… – повторила кукла. – А это интересно.

– Только не думай, что можешь влезть в это, – буркнул детектив, снова вчитываясь в отчёт коллеги.

Но было поздно. Вианон уже влезла.

– О! – вскликнула она.

 – А эту я видела. – Нона ткнула фарфоровой, идеальной формы фалангой пальца в фотографию Джинджер, приколотую в самом центре доски.

Подняв взгляд, Фиджеральд фыркнул:

– Врёшь.

Вместе с тем горечь утраты отозвалась в его душе острой болью, но он вновь поспешил отвести взгляд от фотографии и скрыть своё состояние.

– Не-а, – Нона с хрустом помотала головой, – точно-точно видела. Вот только где… – Она на секунду прикрыла глаза и задумалась.