Рассказы от деда Палыча

Поскольку Вова был парень крупный, рыхлый и довольно тяжёлый, в загон его ставить смысла не было, быстро выдохнется, лазая по оврагу. Поставили его в ближнем месте на номер. «Гусь» развёл всех не загонщиков по их номерам, кто какой вытащил при жеребьёвке, а я, и ещё четверо «поджарых гончаков», с егерем пошли в загон.

Уложили мы три свиньи взрослых и четверых подсвинков. Начиналась настоящая тяжелая работа, все подобрать, вытащить из оврага, донести к машине-«буханке», разделать туши, загрузить в машину, отходы закопать и ехать ко мне на «базу» в деревню, недалеко от «Лихинки», с ночёвкой до завтра, чтобы отметить охоту как полагается.

«Гусь» протрубил сигнал «сбор» всех с номеров, только не пришёл Вова. Подождали немного, номер его был рядом, пошли искать Вову. Нашли его на его номере, он висел наверху ели, обняв её как мать родную в детстве, руками и ногами, спасаясь от соседской злой собаки. Ружьё его валялось внизу под елью. Мы долго уговаривали его спуститься к нам. Наконец он, кое как сполз с ели, и стал нам рассказывать.

Вова парень рыхлый, тяжёлый, стоять ему стало тяжело, и он присел на лежащий рядом ствол упавшего дерева. Сигнал трубы о начале загона он слышал, выстрелы слышал, но кабаны на него не выходили. Когда дали сигнал «сбор» и сосед по номеру, крикнул ему, что с номера надо идти на пункт сбора, Вова встал с бревна и услышал за спиной у себя хрюканье. Обернувшись он увидел секача с выводком молодняка. Дальше, как он сказал, «он уже ничего не помнил, пришёл в себя только когда его стали звать мы, «Вова слезай»».

Ель, на которую Вова забрался, превратилась в телеграфный столб, все ветки на ней были обломаны Вовой снизу до самого верха, пока он лез к верху, где и завис. Ель стала нашим главным ориентиром при охотах в «Лихинском» овраге. Когда спрашивали, где собираемся, все кричали, у «Вовиной ёлки», а Вова кричал, громче всех.

Мальчишки дружно смеялись и стали просить меня, «дед покажи нам Вовину ёлку», я им пообещал, «обязательно покажу, когда там будем».

Время приближалось к обеду и из кухни поплыли к нам вкусные «ароматы» от приготовленной еды. Чтобы закрыть время до начала обеда я предложил мальчикам, «а не пострелять ли нам». Все радостно согласились, так как они уже освоили эту стрельбу, и она им нравилась. Стрельбу я им проводил из небольшой пневматической винтовки «Байкал», из которой они производили 5 выстрелов, каждый по собственной мишени, нарисованной каждым на листке бумаги.