Река детства (сборник)

Я отложил бортжурнал, схватил весло и кинулся догонять загадочный шар. Впрочем, никакой загадки, как выяснилось очень скоро, тут не было: по реке плыл обыкновенный арбуз с привядшим поросячьим хвостиком. Я толкнул его веслом – арбуз охотно окунулся и закувыркался, показывая выеденную середину и нацарапанную на темно-зеленой шкуре надпись: «Ел Боря Полторак». В царившей под лучами полуденного солнца тишине я услышал, как хрустела красная и сочная арбузная мякоть на зубах счастливца Бори Полторака, и мне захотелось арбуза.

Прошло время, и ракитник на берегу расступился. Показались крыши дальних домов. Я привязал лодочку за коряжину и отправился на поиски соли и арбузов.

Известно, что любая дорога не минует магазина. Проселок, который мне подвернулся, тоже привел к магазину. Он назывался «Товары повседневного спроса». На крылечке дремала загорелая бабуся. Перед ней стояло ведро, полное крупных пунцовых помидоров.

– Продаете? – неуверенно спросил я.

Продавать помидоры в селе, утопавшем в садах и огородах, было то же, что торговать ромашками на лугу.

– Три рубля ведро, – встрепенулась бабка.

– Мне этого много, продайте полведра.

Бабка подумала.

– Не, – сказала она. – Ведро.

– Ну, за те же деньги, только полведра.

– Не, – отрезала она, хорошенько подумав снова. – Ведро. Куда я полведра дену?

От густо свисавших с потолка липучек магазин имел новогодний вид.

– Соль и кавунцы в хозмаге у Михалыча, – сказала продавщица, осторожно выглядывая между липучками, чтобы не приклеиться. – Только его нету. В школу вызвали. Павлик двойку получил.

Я отметил, что сегодня лишь третье сентября. Когда же этот Павлик умудрился схлопотать «пару»? Вот скоростник!

– Он такой. Его двойки раньше его родились, – выдала Павликову тайну продавщица.

Бабка на крыльце сняла с ведра три помидора и протянула их мне.

– Возьми, коль приглянулись.

Я полез за кошельком.

– Не, не, – замахала руками бабка и разровняла помидоры в ведре, чтобы оно снова стало полным. – Я ведром продаю!

Я все-таки заглянул в хозяйственный магазин. Продавца Михалыча все еще не было. Эх, Павлик, Павлик…

– Соль у него заперта, а кавунцы еще не оприходованы, – сказала жена продавца и сдвинула на телеге солому.

Под соломой лежали арбузы. Темные и некрупные, похожие на пушечные ядра.