Рецепт одной войны

Спросите в любом уголке страны, и вам скажут: в нашем городе живут исключительно гостеприимные и добродушные люди.

Но если бы кто-то мог предположить, чем обернется для нас появление этой незнакомки, мы все собрались бы на площади перед ратушей и просили, нет, требовали, чтобы она даже из автобуса не выходила и немедленно возвращалась туда, откуда приехала.

Женщина прибыла в наш город утренним рейсом. Причем бакалейщик Карл, который видел, как она выходила из автобуса, впоследствии утверждал, что это случилось в субботу: именно по субботам он моет с шампунем тротуар перед дверями своей лавки.

А владелец книжного магазинчика Эдуард настаивал, что это произошло в воскресенье, потому что именно по воскресеньям с восьмичасовым автобусом ему привозят новые подборки книг. В субботу или в воскресенье – не так важно. Незнакомка была единственной, кто вышел в тот день из автобуса на безлюдную площадь. Она приехала почти без вещей – при ней был лишь небольшой видавший виды саквояж да кожаный плащ, перекинутый через руку.

Прищурившись, она оглядела площадь с фонтаном посредине, платаны на бульваре, уходящем к Реке, ратушу, флаг на ее шпиле и гербы на ее фронтоне, кивнула и спортивным шагом направилась к ближайшему кафе.

В кондитерской Рудольфа Бенца был час затишья. Утренние посетители, которые забегают ни свет ни заря выпить чашечку кофе или купить горячие – только из печи – круассаны к завтраку, уже прошли. А время мильхенбургских кумушек, которые, переделав все домашние дела, собираются в кондитерской, чтобы за чашечкой кофе с вафлями обсудить последние городские сплетни, еще не наступило.

Кондитер от нечего делать протирал салфеткой блюдца и чашки, которые и без того сияли чистотой.

Приезжая прошла к стойке и уселась на высокий табурет напротив хозяина. Рудольф благосклонно наблюдал, как она пристраивает рядом с собой саквояж и плащ.

– Какой чудесный сегодня день! – приветствовал незнакомку Бенц. – Уже по-летнему тепло… Но еще совсем не жарко.

Вам повезло оказаться в Городке Счастливых Молочников в такое время! Что желаете заказать?

Кондитер умел расположить к себе посетителей. Он будто сошел с рекламы знаменитых мильхенбургских вафель: большой, румяный, с неглупыми выпуклыми глазами, черными бровями и черными же подкрученными усами, весело торчащими в разные стороны. На голове у кондитера красовался высокий накрахмаленный колпак, на животе – белоснежный фартук.