Тайны бессмертия

Мы же ни о чем его не просили. Зачем он заставляет нас отказаться от всего. Особенно, когда мы так близко.

– Он же Ваш сын, – намного тише, чем я ожидала, вырвалось из моего рта.

– Я предупредил вас. Не думайте, что за вами не наблюдают. Если вы не перестанете нарушать законы Небес – жертв будет намного… – он сощурился. – Намного больше. Включая всех твоих друзей.

Внутри меня все похолодело. Но как только он закончил свою речь, в меня вновь проникла его болезненная энергия.

Я оказалась в своей комнате, тяжело дыша и стараясь перевести дыхание.

Я свалилась на кровать и зарылась в подушку. Горькие слезы стали заполнять мои глаза, и я больше не могла их душить. Боль, которая собиралась и накапливалась все это время – снова накатила меня, застав врасплох. Я не могла больше ясно мыслить и обдумывать дальнейшие действия. Мне просто было страшно.

Страшно сделать неправильный следующий шаг. Страшно потерять кого-то еще. Страшно отказаться от мысли, что я могу вернуть Каса.

Мои всхлипы прервал голос Мэнди за дверью.

Я не хотела ничего ей объяснять сейчас, потому действовать нужно было быстро. И взяв под контроль свои силы, я подумала о том месте, где меня сейчас никто не сможет найти и услышать.

И я телепортировалась. Снег, вместе с резкими порывами ветра, врезался в мое лицо. Щеки стали непростительно саднить, а пальцы на руках замерзать. Подойдя к обрыву, я присела на белую, мягкую землю. И, переведя дыхание, постаралась отпустить погоду, представляя, что нахожусь в своей комнате, под теплым пуховым одеялом.

Это сработало.

Громадные скалы больше не выглядели такими устрашающими и могущественными. Я сидела несколько часов, наблюдая, как вьюга укрывает самородки природы своими холодными языками. Как горы то пропадают в снежном урагане, то вновь появляются. Это зрелище завораживало. Никакие ангельские или демонические силы не требовались природе, чтоб произвести впечатление.

К утру снег прекратился, вместе с моими слезами. Их тоже больше не осталось.

Остался лишь острый разум, который начал заполняться метавшимися мыслями от крайности к крайности.

Франциск говорил серьезно. Действовал ли он сам или от чьего-то лица, но если мы продолжим искать – будет только хуже.

Только вот смириться с тем, что я должна отказаться от Каса – было невозможно. Я не могла выбирать между друзьями и Касом. Друзьями и семьей Лизы. Это было несправедливо. Бросить их там.

Но с другой стороны, мне помогал отец.