Рогатая фея

Сбесившиеся орехи удалось заманить в яму, которую вырыл полчок. Они попа?дали туда все до единого!

Белка всхлипывала – никак не могла прийти в себя. Едва сова с медведем её немного успокоили, как снова началось. На этот раз с ежом. Он орал в своей норке, а наружу выходить отказывался.

– Ну, давай, ёж, ну ты чего? – уговаривал его медведь. – Выходи!

Но ёж не показывался. После долгих уговоров ёж хотя бы согласился открыть окно.

Медведь с совой так и застыли от изумления. Все ежиные иголки превратились в маргаритки.

– Никогда больше я не смогу принести домой груши! – выл ёж. – Я умру с голода. Но ещё раньше я погибну от стыда.

«Чудно?», – подумала сова, а ёж между тем продолжал:

– Это всё лютофея! Она дала мне волшебный порошок и сказала, что груша размножится, если её этим порошком посыпать. Я посыпал, наколол грушу себе на спину и пошёл домой. И вот!

– Волшебный порошок? – Сова начала догадываться, в чём дело. – Чёрный такой?

– Ага.

– Влажный и вонючий?

– Ну да.

– Полчок и белка его тоже взяли?

Ёж кивнул.

– Волшебный ил! – в один голос воскликнули медведь и сова. – Ёж, идём.

– В таком виде? – ужаснулся ёж. – Ни за что!

– Сам виноват! – разозлилась сова. – Зачем жадничал? Одной груши тебе было мало?

Ёж притих и потопал за совой и медведем.

?

Сова постучала клювом в окно лютофеи. Лютофея и ухом не повела. Однако сова колотила так настойчиво, что лютофея наконец слезла с кровати и открыла дверь.

– Послушай, – начала сова, – ты очень нехорошо поступила с полчком, ежом и белкой.

Лютофея зевнула:

– Спасибо, не надо. Я предпочитаю малиновое желе.

– У нас тут, в Дремучем лесу, все друг другу помогают, – проговорил медведь.

– Ну и помогайте, это ваше дело, – проворчала лютофея. – Если у вас нет малинового желе, оставьте меня в покое. Я иду спать.

С этими словами она захлопнула дверь.

– Ну, что я вам говорил, – забубнил ёж. – Жутко невоспитанная!

Между тем сова заметила на ветке сапожки лютофеи.

– Погодите-ка, – сказала сова и улетела.

Через некоторое время сова вернулась – с влажным чёрным илом в клюве. И положила понемногу в каждый сапожок.

Медведь вздохнул:

– Не уверен я, что это правильно, кума.

– А что делать, если по-хорошему не получается!

?

Когда за ветвями старых дубов засияла луна, ужасный крик снова огласил Дремучий лес.

На этот раз кричала лютофея.