Купи меня дорого – 2

Нужно было перевести дух, осмыслить и вспомнить, как я докатилась до такой жизни… Понять, как я оказалась в одной постели с человеком, который собирался подарить меня своим друзьями в качестве развлечения на мальчишнике. И я ни на секунду не сомневаюсь, что мой жутко-прекрасный босс сделал бы это, а потом без зазрения совести перевел миллион на мою карту, ровно столько же, как и Ирине. Снова миллион и снова за сексуальные услуги, а заодно и за горячие воспоминания Андрея, которых новобрачному хватило бы до первой годовщины свадьбы.

Но что такое миллион, если мне однажды заплатили гораздо больше?

Аппетит приходит во время еды, и я ставлю выше.

Совсем недавно в моей не самой умной голове проскользнула одна интересная мысль: «Если бы этот зверь в дизайнерском костюме был моим, я бы ничего больше не боялась в этом мире». Здесь можно добавить: «Если бы этот зверь был моим, я бы ничего и никого не боялась в этом мире… кроме самого зверя».

Осваиваем новую сказку, спросите вы? Красавице и чудовище? Ничего умнее не придумала?

Увы, нет.

Новые сказки сочинять не имею. Поэтому чуток плагиатим старые.

Итак, я определилась. Мне нужен зверь. И вчерашние неоднозначные события, оставившие на душе и теле свой мерзкий след, дали понять, что мои шансы минимальны, но они есть. Однозначно есть.

И так, как у меня нет полезного опыта по части укрощения зверя, я начала действовать, полагаясь на женскую интуицию. Задвинув подальше обрушившиеся на меня тошнотворные воспоминания и пришедшие вслед за ними отвращение, злость и настойчивое желание уйти по-английски, я бесшумно соскользнула с кровати, и стараясь не смотреть на голого спящего мужчину, направилась в ванную комнату.

Ноги не слушались, казались ватными, меня шатало из стороны в сторону, в голове шумело, все тело ломило, мышцы тянуло и скручивало, потряхивало, как в лихорадке. Отходняк, догадалась я и до скрежета стиснула зубы.

Ублюдок! Накачать наркотой, чтобы не брыкалась, и пустить по рукам, точнее по членам.

Такой у этого психа был план? Что в голове у этого ненормального? Зачем тогда были сцены бешенства в баре, когда он застал меня с блондином, зачем избивать Григорьева, зачем выдвигать требования не трахаться ни с кем? Зачем все это, если ему плевать, как и я и с кем, если Греков платить готов за мои услуги для его друзей? Он больной? Или просто извращенец? Ему нравится смотреть? Участвовать? Или всё сразу?

Нет, мне никогда этого не понять.