Опиум

—Скорее приёмыш из нас тут ты, потому что такой бесполезной биомассе, которая обнаглев, считает, что ему позволено все, доверять то, что твой отец строил десятилетиями, нельзя,—я продолжал держать его за шиворот.

Его лицо немного покраснело, потому что я перетянул ему горло узким воротом рубашки, но мне было все равно. Я превосходил его в массе и телосложении. Мне вполне было легко так обходиться с мелким ублюдком.

Олег был младше меня на три года, а глупее на тридцать, и пусть разница у нас меньше в десять раз. Сколько бы Демид не заставлял этого недоумка учиться, он только и делал, что ширялся где-то по закоулкам Бостона, общаясь с какими-то отморозками, когда я вместе с Демидом занимался делами корпорации и картеля.

–Убери свои руки, сука…—прошипел шатен, начиная выбиваться из рук. Замечая, что парень уже и правда начинал задыхаться, я все-таки отпустил ворот. Олег буквально отпрыгнул назад, потирая горло руками.—Ублюдок…

–Слушай меня сюда, гнида,—я снова подошел к нему, снова хватая за шиворот, но уже не так крепко, как в прошлый раз, чтобы он хотя бы мог дышать,—Сейчас ты убираешься к чертям собачьим из моего дома, иначе это сделает охрана, и больше никогда не появляешься у меня на пути.

Демид и думать про тебя забыл, пока ты где-то там отбивал остатки своего крошечного мозга. Все, что имеет он, по праву теперь мое, а ты можешь забрать себе…жизнь, разрешаю,—я снова отпустил его. Как выпустил из рук мусорную бумажку. С отвращением.

Теперь в его глазах уже не было наглости, надменности и хитрости.

В его глазах была злость, обида и разочарование. А мне все так же было плевать.

Наоборот, наблюдение за тем, как бесится это бесполезное отродье ,только веселило меня.

–Кем ты себя возомнил?—снова прошипел шатен,—Думаешь, если мой папочка сделает из тебя наркобарона, то все, ты король мира?

–О нет, мой мальчик,—я переходил на сарказм. Сил беситься и бить кому-то по роже уже не было, да и терпеть этого недоноска тоже…—Но если ты сейчас же не уберешься отсюда, я точно не сдержусь и ударю по твоей смазливой роже, а завтра тебя уже и вовсе не будет в этом мире, ты меня понял?

–Да пошел ты, урод!—сплевывая на пол в гостиной, парень направился к двери, продолжая потирать шею,—Ты еще заплатишь за это…

Прошипел Олег, наконец-то покинув пентхаус и оставив меня наедине.

Я со злостью ударил ногой по дивану. Небольшая лужица дорогого алкоголя продолжала растекаться, но убирать я ее не стал, потому что с утра это сделает домработница.