Рождение дракона

Она постаралась скрыть от Янки свою растроганность и особенно – свою улыбку. Только вот: что эта девчонка сейчас ещё сказала?

– Курмо? У вас так плохо с памятью? Его зовут Куртик. Я ведь вам об этом сообщила вчера вечером. Я назову его Куртик.

Янка наморщила лоб.

– Куртик, правда? Мы думали, Курмо. Мне очень жаль. Как глупо: мы весь день называли его Курмо Зильфур.

Фрау Тоссило презрительно фыркнула, поднимаясь на последнюю ступеньку, ведущую на десятый этаж.

– Ну, ничего страшного, – произнесла она с неожиданной снисходительностью.

 – В конце концов, никто сразу не привыкает к имени, особенно к подобной безвкусице – Зильфур-как-то-там!

Янка послушно закивала:

– Точно, ну конечно!

При этом она умолчала о том, что Курмо открыл сегодня ей и Йохану.

Между многочисленными «крукс» и «буртль» они услышали, что дракон существует с тех пор, как зародилась жизнь. Что он, вообще-то, должен был оставаться в своём каменном яйце гораздо дольше, но, видимо, что-то произошло, раз он странным образом уже оказался здесь.

В его курлыкании, среди «буртулюруксов», они разобрали слова «существо обновления», и что-то о «свете и встрече», и о «великом таинстве восстановления равновесия». Всё остальное Янка не совсем поняла. В основном – все эти его «буртль» и «крукс» – и ничего больше.

Брат и сестра внимали словам дракона с горящими глазами. То, что он им рассказывал, звучало так таинственно, так многообещающе и, казалось, имело какое-то отношение к ним самим.

Потом дракон замолчал.

Они построили ему из книг лесенку с площадкой. Он спрыгнул с неё и попытался полететь. Ничего не получилось, но он пробовал снова и снова. Наконец книжки рассыпались, и тогда дракон продолжил свой рассказ.

О том, как он родился. И тогда Янка поняла, что первый человек, которого дракон увидит, вылупившись из яйца, становится «человеком его сердца». А имя, которым кто-то из мира людей назовёт его – назовёт впервые, – «именем его сердца».

– Что значит – «имя сердца»? – поинтересовалась Янка.

– То, что врезалось глубоко в душу, пустило корни, проявило силу дракона, никогда уже не вырвать из сердца.

Янтарный ореол вокруг его чёрных глаз засиял при этих словах ещё ярче, чем прежде.

– А фрау Тоссило, ну, я имею в виду, твоя мама уже называла тебя по имени? – с осторожной надеждой спросил Йохан.

Дракон слегка покачал головой, а Янка и Йохан улыбнулись. Курмо Зильфур, прекрасное имя, придуманное ими сегодня, у дракона уже никто не сможет отнять.