Рождественские истории. Девочка с портрета

Иногда я жалею, что мы живём так далеко от всех, но мне не хотелось бы таких соседей, как Джошуа. Все время, пока они были у нас, он только и делал, что ухмылялся и корчил мне рожи.

Они пришли рассказать, что видели волка, который рыскал вокруг их дома. Папа внимательно слушал. Обычно он не обращает внимания на слова мистера Райта – говорит, что тот вечно жалуется на жизнь и просит взаймы инвентарь, а потом возвращает его грязным. Но Райты наши единственные соседи на пути до ближайшей деревни, куда надо идти целый день.

Отец говорит, что с ними надо дружить, даже если это означает, что придётся выслушивать жалобы Самсона Райта.

Мистер Райт говорит, что их собаки уже третью ночь ведут себя странно. Видимо, чуют какого-то зверя. Мистер Райт думал, что это медведь (в начале осени отец пару раз видел большого старого медведя, ошивавшегося у свинарника), но вчера утром нашёл следы на снегу. Это был волк. Только один, сказал мистер Райт, и я заметил, как папа нахмурился. Волки почти всегда охотятся стаями.

Волк-одиночка страшнее стаи, он не остановится ни перед чем. Я подумал, что, может, в тот раз, когда я проснулся посреди ночи и слушал вой ветра, это выл вовсе не ветер?

Сегодня ночью мистер Райт и Джошуа не спали почти до рассвета – караулили волка. Джошуа в него выстрелил – и, кажется, ранил. Волк убежал. Джошуа страшно гордится собой, будто он настоящий герой, подстрелил волка, на самом же деле он просто ранил несчастного зверя и ещё больше его разозлил.

Папа полночи не спал – отливал пули.

Глава вторая

Амелия отодвинула задвижку – вот за что зацепилось её одеяло! – и осторожно толкнула дверь. Девочка затаила дыхание, уверенная, что дверь сейчас заскрипит. Но та открылась бесшумно. В сумрачный коридор проник бледный луч света. Амелия скользнула за дверь и закрыла её за собой. С той стороны всё было тихо. Ни топота ног, ни цокота когтей. Том с Фредди ничего не услышали.

За дверью обнаружилась крутая узкая лестница, покрытая толстым слоем пыли. Амелия оглянулась на дверь и осторожно поставила ногу на первую ступеньку, чтобы проверить, скрипнет она или нет.

Ступенька тихо вздохнула, словно от удовольствия, как показалось Амелии, хотя она знала, что ступеньки не вздыхают и старое дерево просто просело у неё под ногой. Она поднялась по коротенькой лестнице, ступая на цыпочках и стараясь не расчихаться от пыли. До неё доносился приглушённый голос: Том что-то говорил Фредди, но казалось, что голос звучит далеко-далеко.