Руки прочь от Миссисипи

Давайте деньги, но тогда и лошадёнку сразу с собой забирайте, ясно?

– Да, так и сделаем, – вырвалось у Эммы. – С удовольствием.

Гансман на неё даже не взглянул.

Долли достала из кармана куртки кошелёк и отсчитала деньги ему в руку.

– Да, и вот ещё что, – прибавила она. – Я предпочитаю такие вещи оформлять в письменном виде. Напишите мне на листочке, что я приобрела лошадь на законных основаниях.

Гансман вздохнул. Его телефон зазвонил, но он не обратил на него внимания.

– Будут ещё особые пожелания? Может, мне эту клячу ещё и упаковать красиво, и бантик ей подвязать?

– Нет, спасибо, – сказала Долли.

В ответ Альберт Гансман и тут залился смехом, но звучал он ненамного приятнее.

– И на кой ляд она вам вообще сдалась? – спросил он.

– Да видите ли, – Долли окинула взглядом спальню Клипербуша, – я, собственно, лишь хотела спасти Миссисипи от забойщика – уверена, что вам этого не понять. Но раз уж она теперь стоит такой кучи моих кровных денег, заработанных тяжким трудом, у меня появилась ещё и другая идея.

Эмма смотрела на Долли, окончательно потеряв дар речи.

А Гансман опять рассмеялся.

– Тэк-тэк, – с издёвкой сказал он. – Что ж, деточка, как говорится, будьте счастливы. Прям мечта, а не лошадь!

Только Эмма не обратила на него никакого внимания. Словно онемев, она всё ещё стояла и вдумывалась в слова, только что произнесённые её бабушкой.

– Что писать? – спросил Гансман, раскрывая свой блокнот.

Долли продиктовала:

– Настоящим подтверждается, что я, Альберт Гансман, продаю Долорес Блюментрит кобылу Миссисипи по цене в 200 немецких марок. Дата. Подпись.

Когда Гансман протянул Долли подписанный листок, она его тщательно перечитала. Затем, кивнув, свернула и засунула в карман брюк.

– Большое спасибо. Может случиться, что вы всё-таки ещё отыщете в этом матраце золотые сокровища.

Они поспешили покинуть дом. Во дворе Эмма оглянулась и увидела наверху Альберта Гансмана. Он стоял у окна и наблюдал за ними.

– Кажется, твоя шутка насчёт матраца ему не понравилась, – заметила она.

– Ну и что с того? Мне этот тип не понравился целиком, – отозвалась Долли. – Пошли, сейчас первым делом заберём Миссисипи и поскорее вернёмся домой. Пешком отсюда путь неблизкий.

Кобыла стояла в самом дальнем стойле пустой конюшни.