Соблазн осенних акварелей. Психологический детектив

«Приедем – посмотрю сама!» – решила Майя и перевела тему:

– Что с Тамарой? Она всё такая же тихоня?

– Не поверите, стала ещё тише. С тех пор, как я уволил Олесю, буквально ходит по стеночке. Очень старательная, иначе, честное слово, я бы уволил и её – надоело, что она всего боится.

– Да, кстати. А как там Олеся? Она ведь ушла от вас обиженной, не так ли?

Артём поморщился:

– Про Олесю я ничего не знаю. Она была не местная и почти сразу отбыла на родину.

– Угу, – Майя легонько побарабанила пальцами по подлокотнику, укладывая в голове полученную информацию.

 – Поехали дальше, Артём. Теперь давайте про новеньких.

– Новеньких у нас трое…

– Я помню: вторая горничная и ваши с Нури помощники.

– Нури своего помощника привёл сам – это его родственник. Дальний родственник – четвероюродный племянник, что ли. Зовут Муратом. Он очень… неразговорчивый, но очень исполнительный. К Нури относится с большим почтением, а тому только того и надо. Горничная – Мадина, невеста Мурата. Они к нам, собственно, вместе и пришли.

– И как вам Мадина? – Майе представилась вдруг энергичная девица, жених которой смотрит ей в рот – явно ведущая в паре.

– На редкость практичная и целеустремлённая особа. – немедленно подтвердил догадку Артём. – Из тех, вы знаете, кто способен вырасти от младшего курьера до директора компании. Мадина отлично работает. Но вряд ли она у нас надолго задержится.

– Остался ваш помощник…

– Павлик. Он тоже к нам попал не по объявлению. Сын маминой подруги. Мама очень просила помочь тёте Люде и куда-нибудь его пристроить.

Два года назад он получил диплом и никак не мог найти работу. Учился, кстати, там же, где и я – в Сочинском университете – но на восемь лет позже. Ну вот… а я как раз, когда мама попросила, начал задумываться о помощнике. Потому и согласился взять Павлика.

– Понятно. И что же Павлик? Оправдал ожидания?

– Да не было у меня ожиданий, – пожал плечами Артём. – Тёти-Людин «сыночка» всегда был рохлей. В целом, ничего – звёзд с неба не хватает, но справляется.

Он умолк, Майя молчала тоже – не столько обдумывала сказанное, сколько рассматривала своего собеседника. Собеседник нервничал – хоть и поменьше, чем в четверг, но всё ещё очень заметно. И собеседник темнил – не то чтобы врал напропалую, но явно старался скрыть нечто важное. «Он знает, что я это замечу. Знает – и всё равно недоговаривает. Значит, вытягивать его на откровенность бессмысленно – он просто-напросто откажется отвечать!» – подумала Майя.