Проклятый браслет: одержимый тобой

Сейчас силы были неравные. Во мне бурлили эмоции, смешанные с глубокой обидой. Как он мог подумать, что я позволю вновь играть собой?

Надетый на руку браслет, как будто перекрыл кислород, отобрал все краски, оставляя лишь серые будни. На глазах закипали слезы. Но показывать при мужчине свою слабость я однозначно не хотела.

– Значит мы в тупике, Себастиан. Наверно мне суждено умереть с этим браслетом. Но особенным для меня ты уже никогда не будешь.

– Посмотрим, родная. Посмотрим.

Как я добралась до дома, сама не помнила.

На полуавтомате наверно. Около входной двери стояла перевязанная алой лентой коробка. Какое-то врем я стояла и смотрела на нее, как на нечто ядовитое. Почему-то не сомневалась в адресате того, кто прислал ее.

Когда зашла в прихожую, на встречу тут же выбежала Байра. Моя девочка, словно почувствовала, как сейчас морально тяжело ее хозяйке. Сев на корточки, я крепко обняла ее и все сковывавшее меня напряжение стало выходить градом слез. Ну зачем он вернулся? Для чего? Что хочет от меня? За что заставляет страдать? Мантикора терлась об меня своей большой головой и мурлыкала, как какой-то двигатель.

Сейчас только в ней я была уверена. Знала, что это существо ни за что меня не предаст.

Раздевшись, я помыла руки и пошла на кухню, напрочь забыв о «подарке». Налила себе чай, сделала пару сэндвичей. Так как я жила одна, то особо не заморачивалась приготовлением еды. Когда дежурила в госпитале, то питалась там. Исправно я следила только за едой Байры.

Фамильяру еду доставляли на заказ и всегда только самое свежее.

Когда уже готовилась ко сну, то вспомнила о злополучной посылке. Женское любопытство посмотреть, что прислал Себастиан все же побеждало здравый смысл – выкинуть коробку в мусор. Байра стала вести себя очень странно. Зверь рычала, скулила и всячески пыталась оттащить меня от неожиданного сюрприза.

Оставив Байру за дверью, я взяла подарок в руки. Прошла в гостиную и усевшись на диван стала ее открывать. А в следующую секунду отскочила от нее, как прокаженной.

Внутри лежало сердце, помещенное в стазис. Оно еще билось в каком-то известном только ему одному темпе. Но видимо попавший воздух, разрушил заклятие. Орган начал чернеть на моих глазах. Из него стали вылазить белые толстые черви, с отвратительным чавкающим звуком поедая мышечные ткани сердца.

Я еле сдерживала рвоту. Зажав рукой рот, закрыла коробку, чтобы черви не расползались по квартире, и побежала за битрифоном.