Состояние аффекта

Ваши родственники в буфете подсказали, где вас найти, – в свою очередь представилась я. И вдохновенно начала фантазировать: – Я из интернет-сообщества «migalkam.net», мы прочитали ваш пост и решили проконтролировать ход расследования. А то знаете, как обычно бывает? Чиновники откупаются, дела закрываются. А закон должен быть един для всех.

– Следователь Никулин сказал, что в папином деле нет состава преступления, – безжизненным голосом проговорила она, присаживаясь на край скамьи. – Никто отца не сбивал – он сам неаккуратно шагнул с тротуара на проезжую часть, споткнулся, упал, ударился головой о бордюр и умер.

Но я-то знаю, что это не так! Я же видела в морге тело – у отца все ноги переломаны!

– Чиновничий беспредел не знает границ, – поддакнула я. – Пора положить этому конец!

– Да не в чиновниках дело, – отмахнулась Лена. – Отец написал книгу о своих воспитанниках – он всю жизнь проработал директором детдома и решил рассказать о том, что помнит и знает. Кое-кому это не понравилось. Знаете певицу Регину Крафт?

– Конечно.

– Я больше чем уверена: к смерти отца она приложила руку. Папа написал о ней правду, но эта правда погубила бы на корню ее карьеру певицы. Думаю, Регина попросила кого-то из своих друзей в высших эшелонах власти решить вопрос со слишком принципиальным директором детдома. Вот папу и сбили!

– Могу я взглянуть на эту книгу?

– Да нет еще никакой книги, есть только рукопись, мы переслали ее в редакцию – и вот, сразу же началось. Агата, а вы на самом деле собираетесь помочь или просто так пришли, от скуки?

– Можете не сомневаться: я непримиримый борец с номенклатурным хамством, – заверила я Елену.

 – Скиньте и мне по электронной почте книгу вашего отца, я ознакомлюсь с текстом, и мы взорвем Интернет.

Беседуя с дочерью погибшего под колесами автомобиля директора детдома, я внутренне ощущала какую-то неловкость, точно меня водили за нос. В самом конце разговора я поняла, в чем тут дело. Панкратов во время пожара лишился пальцев рук. Как же он ухитрился написать целую книгу?

– Слушайте, Лена, а долго ваш папа писал? Он кому-то рассказывал о своих намерениях попытать счастья на литературном поприще?

– Еще бы! Всем и каждому говорил.

Я думаю, никто не верил, что он способен что-либо написать, папа был безрукий инвалид, – горестно поджав губы, пояснила девушка. – Отец никак не мог придумать, как ему взяться за дело. Но однажды я решила, что должна ему помочь – если не я, то кто? Мы сели и за две ночи написали книгу.