Принцесса и Ястреб

Все знали, что члены королевской семьи умеют читать мысли, но общее мнение сводилось к тому, что немногие после этого остаются в своем уме, и лучше бы никогда, никогда не испытать на себе такого.

– Не повезло так не повезло, – еще успела подумать я, завороженно наблюдая, как карие глаза принца желтеют, становясь нечеловеческими, птичьими. А потом пришла боль.

В глазах вспыхнуло, и меня перевернуло наизнанку, как старый свитер. Я не видела ничего, я оказалась заперта внутри самой себя – и я была не одна.

Ястреб вторгался в мой ум, в мое тело и давил, давил, подавляя. Я ощущала его присутствие везде – как будто кончики пальцев, грудь, живот, ноги – обрели разум – и были захвачены. Это было так разрывающе страшно и мучительно – невыносимо – что я стала бороться, выталкивать его из своей головы, мысленно царапать – лишь бы это прекратилось, лишь бы никогда больше не ощущать такого ужаса.

– Чем сильнее сопротивляешься, тем хуже. Если не прекратишь, я тебя сломаю – его голос был везде, стучал в мышцах, бежал по венам – колол укусами тысячи невидимых иголок.

– Мне больно, больно.

Внезапно он прекратил напирать, и я почти смогла дышать. Его присутствие осталось, но стало не таким поглощающим, зрение прояснилось. Я была в комнате, белой длинной комнате, полной разноцветных дверей. Где я?

–Это чертоги разума. – Он слышал мои мысли?

– Мы и есть в твоих мыслях. Твоя память за этими дверями. То, что мне нужно, где-то здесь. Где?

– Я не знаю.

– Я могу найти сам.

Буду открывать дверь за дверью. – он снова был везде и нажал на ручку ближайшей двери. Я завизжала.

Представьте, что грабители врываются в ваш дом, срывая с мясом навесной замок, выламывая с петель дверь, и насилуют вас, бьют и растаптывают рамочки с фотографиями ваших близких. Подобное происходило сейчас в моей голове. Разделившимся сознанием я увидела, что настоящая я стоит на четвереньках и выблевывает все, что когда-либо ела в своей никчемной жизни, я, застрявшая в плену своего мозга, внезапно вернулась на час назад в памяти и увидела себя со стороны.

Мы с Марком на траве у дома, ползем на четвереньках и сталкиваемся лбами и от идиотизма происходящего хохочем как ненормальные, зажимая рты грязными руками и размазывая по лицу слезы. Спаслись.

Глупые дети.

– Хорошее воспоминание – голос Ястреба звучал странно – я понимаю, почему ты его сохранила. Но оно не нужно мне – и он потянулся к следующему замку.