Принцесса и Ястреб

– Марк! Ты – гений! Нет! ГЕНИЙ! Я люблю тебя! Пьяный Ланселот, ты обвел вокруг пальца самого черта Колина, если он пропустил это в нашем контракте.

Марк задумчиво протянул.

– Ты знаешь, Шел, мне кажется, я его совсем не обманул. Он так странно посмотрел на меня, когда читал этот пункт… Я думал, что он сожрет меня с потрохами за дерзость. Но старый сыч какого-то хрена промолчал. Черт, хотел бы я когда-нибудь стать вполовину таким же опытным, как он…

Я не слушала. Главное я узнала, и это была самая прекрасная новость за последнее время!

– И ты даже не расстроена, что не придется отдаваться его высочеству?

– Мне все равно, что ты придурок, сегодня ни одна твоя пошлость не поколеблет мое счастье.

– Ну так это же ты все о пизде думаешь, вместо того, чтобы побыстрее закончить работу и свалить отсюда к чертовой бабушке! Все вы девки такие, ненадежные.

Как хорошо было видеть прежнего Марка! Я весело засмеялась и принялась за дело.

Валет пик

Ястреб нехотя признал, что он начинает привыкать.

К тому, что большую часть западного дворцового крыла отдали двум сумасшедшим гениям.

К тому, что эти гении оказались детьми.

И к тому, что они с каждым днем нравились ему все больше и больше.

Как-то незаметно вышло, что каждый день он приходил в лабораторию: сначала с инспекцией, потом формально, но только когда однажды ему вручили специально заваренный к его приходу кофе, он понял, что что он тут, потому что ему хорошо.

Поначалу они сторонились его: боялись и явно испытывали неприязнь. Всегда веселые и разговорчивые, оба замолкали, замыкались и работали в тишине, пока он не уходил, и первое время он явственно чувствовал молчаливый вздох облегчения, как только за ним закрывалась дверь. Их явное недружелюбие забавляло его, было таким свежим в удушливой вежливости двора, где каждый смотрел ему в рот и мечтал лизнуть задницу поглубже. Он не лез к ним с бесполезными советами и замечаниями, но искренне интересовался их работой и задавал вопросы, много правильных вопросов, и понемногу они втягивались в объяснения, увлеченно пытались найти аналогии, понятные непрофессионалу.

Сейчас, зная их достаточно много времени, он удивлялся про себя, как могли они с Вороном решить, что ди Анджело был главным в этом тандеме.