Авалон

– Арлета искала меня? – спрашиваю я, пока мы медленно идем в сторону моих покоев. – Ты уже слышала, что произошло?

– Да, слышала, – протяжно выдыхает она, – такая дикость… Кто бы мог подумать, что такое произойдет, правда?

Я что-то бурчу в ответ, что можно расценивать как согласие и спрашиваю:

– Арлета поделилась чем-то?

– Не-а. Она бегала здесь, искала тебя. А потом что-то пробурчала про неблагодарных мелких принцесс и ушла. – Атти широко улыбается и пихает меня локтем в бок.

– Ах, мы завтра на тренировке выясним, кто здесь маленькая принцесса.

– Ты можешь оспорить это со мной.

Мы заходимся с ней от смеха. Всем известно, что Атти за всю свою жизнь из холодного оружия держала в руках от силы столовый нож.

– Ох, мне так хочется уже развлечься! – Атти проходит в комнату, спиной падает на мои простыни и потягивается всем телом. – Эта погода и новости действуют удручающе.

– В следующем месяце же утомна. Тогда и повеселимся. – Я ложусь рядом, кладу руки под голову и поворачиваю к ней лицо.

– Точно! – Атти переворачивается на живот и нависает надо мной, а ее длинное волосы лезут мне в рот. Мы снова смеемся, и она перебрасывает их за плечо. – Я очень жду, когда ты снова переберешь горячего вина. Помнишь, как на прошлый праздник ты повздорила с каким-то гвардейцем из Керта? Вызвала его на поединок за таверной, но так перебрала, что запуталась в своих ногах и упала лицом в лужу.

Я впериваю взгляд в потолок и прикусываю щеку изнутри, а эта дамочка все продолжает:

– Нет? Не помнишь? – Атти переводит на меня лукавый взгляд.

 – Или что, это было специально? Секретный прием, которому тебя научила Арлета. Называется «упади лицом в конский навоз – и твой недруг умрет от смеха»! – Она уже не стыдясь, хохочет в голос.

Я не отвечаю, но мои горящие от того позора щеки говорят за меня.

– Эх, жаль, что Олан этого не видел.

– Ну конечно, – горячо отвечаю я, – тогда бы вы могли вдвоем мне напоминать это до конца моих дней. А почему Олан? Может, сразу пойти и рассказать этот случай королеве? – уже без злости говорю я.

 – Хорошо, что после той ночи я помню, как меня зовут. Чтобы я еще раз пила то вино, да не дай Создательница!

Атти смеется, и мы замолкаем, погруженные каждая в свои воспоминания. Я хоть и недовольна, что она напомнила о моем позоре в тот вечер, но было весело. Хоть и очень стыдно на следующее утро.

– Эх, было весело, – озвучивает она мои мысли.

– Даа… Ладно, кышь! – Подталкиваю ее с кровати.