Место под Солнцем. Книга первая

Взъерошила шелковистые волосы своего царственного любовника, попеняла нежно на то, что он лишает её своего монаршего внимания, отвлекаясь на эту глупую девицу, не стоившую его мизинца.

Она рассчитывала на его раскаяние. Ждала привычной нежности. Получила отповедь:

– Вам ли укорять меня, принцесса? Разве не вас застал я недавно в объятиях этого несносного мальчишки – графа де Лоранса?

Людовик дёрнул головой, сбросил её руку.

– О чём вы говорите, сир? – воскликнула возмущённо.

Она хотела сказать, что Оливье де Лоранс – просто красивый юноша.

Один из многих. Он радует её своим присутствием, как радует певчая птица в клетке, собачка на коленях, колье на шее. Одной красотой. Но как можно сравнивать? Как можно?!

Она желала оправдаться. Но король не дал ей такой возможности. Вышел, хлопнув дверью. И только позже она поняла, что этот демарш был, скорее всего, манёвром, целью которого было переложить на неё вину за их разрыв.

Сначала она рассвирепела и чуть не испортила всё демонстрацией своей ярости.

Но удержалась, слава Богу. Утерпела. Поразмышляв, решила, что не все ещё потеряно. Им было так хорошо вместе. Он не может, думала она, так быстро всё позабыть.

Когда через несколько дней Людовик вновь явился в её комнаты, она приготовила для него нежнейшую из своих улыбок.

* * *

– Король! Король идёт! – шёпот, пронёсшийся в толпе придворных, был сродни крику.

Во всяком случае, в нескольких смежных с покоями принцессы комнатах, не оказалось никого, кто не услышал бы и не принял во внимание этого предупреждения.

Кавалеры отодвинулись от своих дам. Музыка смолкла на мгновение. Будто сделала вдох-выдох, чтобы заиграть снова, с ещё большим пылом. Стихли смешки.

Когда Людовик появился на пороге, внучка Генриха IV одиноко восседала на высоком стуле. Придворные расположились поодаль. Никто не хотел быть изгнанным, как это произошло недавно с любимчиком принцессы – графом де Лоранс.

Оливье де Лоранс тоже был ещё здесь – отверженный и злой, обручённый по воле короля с никому не известной провинциальной девицей.

Придворные Генриетты отказывались гадать, что это была за особа. Очевидно, что она того не стоила.

Уже через два дня граф де Лоранс должен был проделать долгий путь на юг, чтобы встретиться с невестой, а потом такой же – до побережья, чтобы на корабле, отплывающем в Новый Свет, покинуть Францию.

Войдя в комнату, Людовик окинул холодным взглядом присутствующих.