Закоулок

Потом чужая рука распирает карман куртки, тянет мобильник, с матом откидывают прицепившиеся к чехлу ключи, те звякают об асфальт, который уже приласкал мою физиономию и зрение само милосердно гаснет. Лошара.

Прихожу в себя когда уже почти угасает вечерний свет, скребу пальцами по земле, цепляю что-то металлическое, последняя труба, ага. Так тебе, крою и себя и его отборными матами. Боль при движениях жестоко прошивает тело, еще и по ребрам получил. Заслужил.

Привстаю медленно. Тащит вперед, почти теряю равновесие.

Неверные шаги. Прямо в круг, первая ступенька, рисунок. Отмечаю про себя, вторая проваливается под ногой, выемкой в асфальте, что за хрень, спотыкаюсь, следующая. Глубже, ударяюсь боком о твердую стену. Серую, серее чем асфальт, адски холодную.

Странный камень бликует, стремительно, до простреливающей в виски боли, поворачиваю голову, на дороге растянулся скрюченный черный силуэт, большой для лежащей собаки, не помню собаки. Человек это…это же… кричу, срывая голос, куда-то бросаюсь вперед в панике, спотыкаясь, почти срываюсь с узкого скользкого карниза, мелькают коричневые, цвета дерьма ступени.

Удачно валюсь спиной на самый край этой же лестницы. Чудом не ухнув вниз, в темноту, противную, должно быть скользкую как гадины, душную, ступени впиваются в бока, больно, а под пальцами разъезжаются как глина, отвратительно, мне так противно.

Не хочу, не хочу подниматься наверх, видеть это. Спину, грязную футболку. Глюк. Может я просто ужрался в хлам и лежу в баре, удобно положив щеку на горсть салфеток, вытащенных, смятых.

.да плевать!

Приподнимаюсь, ползу на четвереньках, пачкая штаны, а спиральная лестница не такая и длинная, расширяется книзу, заполняя как я понял центр рисунка..встаю на ноги снова..ступени мягкие..глина..а опрешься рукой или ногой-камень..то же самое со стеной.

Точно именно я делаю все реальным…поднимаю взгляд, не знаю, расширены ли от ужаса мои зрачки, не слышу своего частого дыхания…а в глаза свет, синий-синий, словно небом плеснуло.

Ступеньки лестницы разделяются, открывая еще более коричневый камень, до черноты, весь в трещинах, темных, глубоких как та канава где-то в другом месте, а сами ползут на стены, нависают над головой еще через пару шагов по этому, уже твердому, без шуток, подобно арке..чертовой арке из ступеней.

Точно из темного подъезда выхожу…с вывернутой лестницей.. По лицу веет этим невозможно синим, теплым светом, как листком сухим проведешь по коже.