Домохозяйка для дракона

– Нет! – мотнул головой наниматель, отчего его и так находящиеся в беспорядке волосы растрепались еще сильнее.

У меня аж пальцы зачесались их пригладить. Спрятала руки в карманы удобных штанов, ибо не фиг.

– Прозвище?

– Нет, Милалика Сергеевна, не прозвище, – вздохнул он, хмурясь. Лоб разрезали тревожные морщинки, а не имеющие ни малейшего изъяна губы сжались в напряженную линию. – Вы извините, что вываливаю на вас все так с ходу, но выбора все равно нет. Если я и дальше могу притворяться обычным человеком, щадя вашу психику, дети церемониться не станут.

И Соня, Лем… сам дом.

– Дом тоже церемониться не станет? – сыронизировала я.

– Скорее не станет маскироваться, – серьезно пояснил Туманов. – Здесь же наша территория, смысла прятаться нет.

Несколько секунд мы молчали. Я переваривала услышанное и размышляла, кто такая Соня, Арсений изучал пейзаж, наблюдая за проворной бабочкой, нарезавшей круги вокруг нас.

– Докажите! – решила подыграть ему. Сама не знаю зачем.

Ну, хочется нанимателю быть драконом – мне-то какая разница?! Хоть Наполеоном пусть назовется, лишь бы не мешал работать и не задерживал зарплату.

– Полный оборот не получится, – начал оправдываться Туманов, как я и ожидала. – Пиджак жалко, – непонятно к чему сказал он. – Зачарованный.

– Вы поэтому его не чистите? – вырвалось у меня. – Простите! – Мысленно себя обругав, я невольно посмотрела на испачканный карман. Туманов тоже.

– Ах, это… – Он широко улыбнулся, не испытывая никакой неловкости.

 – Ребятня шалит: следилки ставить тренируются. Слабенько, кстати, на троечку, – оценил детские труды он, стирая пальцем пятнышко. Следилки, драконы… что дальше? – Лика…

– Милалика Сергеевна, – поправила его, не желая переходить на неофициальный тон.

– Угу, – качнул головой он, соглашаясь. – Имя у вас необычное. Почему через «А», а не через «О»?

– Потому что мама с бабушкой чуть не передрались, пытаясь назвать меня в честь друг друга. Вот папа и предложил совместить, – ответила с улыбкой – тайны в этом никакой не было, а воспоминания приятные.

Не о том, как называли, конечно, а о том, как рассказывали мне об этом потом.

– Мила и Лика?

– Да. Людмила и Анжелика. Бабушка и мама. Ну а я МилаЛика – нечто среднее между ними. Арсений Романович, вы так ловко ушли от драконьей темы, что… – Я многозначительно замолчала, глядя на него.

– Да-да, конечно, Ли… Милалика.

– Сергеевна, – добавила без раздражения.