Рэсси – неуловимый друг

– Алло, «пеликан», – прозвучал далекий голос, – вас вызывает двадцать шестой. Господина профессора срочно просит двадцать шестой…

– При чем тут пеликан? – удивился Гель Иванович. – Один профессор подойти не может, – сказал он, обращаясь к динамику, – а другой как будто не имеет полномочий отвечать за него…

«Там что-то случилось, – подумал Сыроежкин. – Кому-то срочно нужна помощь».

– Гель Иванович, скажите им что-нибудь!..

Гель Иванович стоял посреди кабинета и пускал из трубки клубы дыма. Двадцать шестой трижды вызывал пеликана.

Потом другой голос, такой же далекий, но погрубее, отчетливо произнес:

– Докладывает командир двадцать шесть. Задание для «Мира животных» выполнено. Отловлено более пятидесяти первоклассных экземпляров. Завтра утром груз будет погружен в самолеты. Программа номер два тоже выполнена. Пеленгатор зафиксировал сто сорок восемь сигналов. Данные переданы на указанной волне…

Во время бесстрастного доклада Громов приблизился к письменному столу и как бы в раздумье опустил пальцы на пульт.

Но он уже не колебался: включился в разговор.

– Двадцать шестой, где вы сейчас находитесь?

– Рад слышать вас, господин профессор. – Голос в динамике чуть смягчился. – В квадрате одиннадцать – сорок два. Сейчас привал, у нас утро. Двигаться можно только ночью.

– Жарко? – участливо спросил профессор.

– За пятьдесят! Прямо скажем – пустыня! Но ребята держатся. Сонные стрелки, господин профессор, не жалея сил, отрабатывают свое жалованье. – Голос в динамике задребезжал: далекий собеседник, видимо, засмеялся.

 – Вы будете довольны. Доброе утро, господин профессор!

– До свидания.

Сыроежкин, понимая, что случилось что-то необычайное, вопросительно смотрел на профессора. Электроник спокойно ждал распоряжений.

Громов, выключив динамик, опустился на стул. Потом встал, подошел к большой карте Африки, отыскал, сощурившись, нужный квадрат, пробормотал:

– Сонные стрелки… Вот они где…

– Здесь за стеной установлена электронная машина, – спокойно сообщил Электроник.

 – Рэсси чувствует ее тепловое излучение.

– Раз Рэсси чувствует, значит, машина работает, – согласился Громов. – Программа номер два… Что это такое? Как это я забыл спросить?

– Все данные есть в машине, – спокойно продолжал Электроник. – Я могу запомнить последние сообщения.

– Ох, Электроник, – покачал головой профессор, – трудные ты мне задаешь задачи… Что скажет на все это хозяин машины?

– Он в лифте. Он пока молчит. – Электроник слушал и докладывал.