Рюмы и норики

Пип подскочил от неожиданности и, выронив ягоды, резко обернулся на чужака.

– Как ты, как ты смог?! – стараясь говорить без волнения, прохрипел Пип. – Я бы почувствовал тебя, я бы обязательно учуял твой запах за сотню метров… Я бы!..

Норик внимательно рассматривал Пипа тёмными тёплыми глазами. Казалось, он медлил с ответом, но внезапно заговорил:

– Мятный корень.

– Что? – переспросил озадаченный Пип.

– Если съесть мятный корень – рюмы тебя не унюхают и даже не услышат, – поспешно ответил норик. – Так сказала мне сегодня маленькая красная птичка.

Она видела, как сильно я хотел найти жёлуди и как сильно у меня болел живот. Птичка пожалела меня и раскрыла тайну. Она осталась одна, кто знает, как обхитрить носы и уши рюмов. Так хорошо, что она меня нашла! – Норик странно улыбнулся и маленькими шажками, заметно горбясь, подошёл к Пипу. – И теперь я могу помочь тебе собрать поющие ягоды. Хочешь?

Пип не верил, что всё это происходит с ним, а не с кем-то другим. И наяву, а не во сне. Чужак стоит напротив него, говорит с ним, как со своим давним знакомым, и, похоже, действительно хочет помочь…

– Зачем тебе мне помогать? – Пип на несколько шагов отошёл назад.

Он всё ещё старался почувствовать норика, однако ощущал лишь запахи ночи.

– Я подумал, ты можешь дать мне взамен хотя бы один жёлудь, – просто ответил норик.

Нориковский голый длинный хвост с лохматой кисточкой на конце задрожал. – Я подумал, тебе это ничего не будет стоить. А ещё я подумал, что ты добрый.

Я слышал, как ты говорил здесь обо мне. Ведь ты, маленький рюм, говорил, что у вас много желудей, правда?

– У меня нет ни одного, я ничего не могу тебе дать.

– Очень жаль… а мне так нужны эти жёлуди… так нужны… – Норик сел на траву и съёжился, как от холода.

– Тебе лучше уйти. Рюмы не любят посторонних в своей деревне.

– Да, это верно. Много раз я находил жёлуди и думал, что это те самые жёлуди. Я съедал их, но у меня начинали болеть уши, хвост или живот. Я, похоже, не слишком умён, для того чтобы найти те самые жёлуди.

Рюмы всегда умнее. Всегда…

Пип не знал, что ему делать. Ему было жалко норика, но и страшно было тоже. Кто этот чужак, так ли он добр, как кажется? Почему, съев мятного корня, он просто не пробрался в деревню незамеченным? Может, действительно слишком глуп?

– Если ягоду пощекотать вот этим пёрышком, она тут же уснёт, и от неё не будут чесаться лапы. – Норик, прервав размышления Пипа, протянул длинное светящееся перо.