С пианино за плечами

Облака каким-то чудом расступились, и серебряный свет луны залил холмы и долину у их подножия.

Глаза Фарри широко раскрылись от ужаса: впереди, на середине тропы, из земли на целый фут торчал кусок скалы. Бассет-Хаунд, не успевший вовремя заметить препятствие, продолжал лететь прямо на эту чёрную глыбу. Язык Фарри присох к гортани.

К счастью, через пару секунд и мистер Мортимер вытаращил обычно наполовину прикрытые веками глаза и сделал единственное, что могло спасти их от неминуемой катастрофы. Едва успев крикнуть: «Держитесь, мистер Фарри!» – он изо всех сил оттолкнулся от земли своими мощными лапами.

Чудом пройдя в каком-то дюйме над скалой, Пёс сконцентрировался на попытке приземлиться так, чтобы сохранить равновесие. А подброшенный Фарри, не сумев удержаться, взмыл вверх.

Он смотрел на величественные склоны холмов в холодном лунном свете, извилистый ручей, пробегавший в долине, уже зажжённые огоньки в деревне, куда они так стремились попасть. Был виден даже тёмный силуэт замка у реки. А когда взлёт закончился и Фарри почувствовал, что летит вниз, перед его глазами промелькнула вся его тихая недлинная жизнь.

Он даже успел подумать о том, как обидно и странно, что, кроме родных и пианино, ему как будто больше нечего вспомнить.

В это время мистер Мортимер, сумевший достаточно удачно осуществить приземление и по инерции продолжавший свой галоп, осознал, что груза на спине больше нет, и заставил себя оторвать взгляд от бегущей вниз тропы. Фарри, утяжелённый рюкзаком с поклажей, раскинув лапы в стороны, словно гигантская белка-летяга, намеревался приземлиться ниже по склону.

Прикинув расстояние, мистер Мортимер несколько раз мощно оттолкнулся от земли и помчался вперёд ещё быстрее. Удар – и он с облегчением почувствовал острые когти, намертво вонзившиеся в его бока. Фарри сомкнул лапы с твёрдым намерением не разжимать их никогда. Он почти врос в продолжавшего нестись вниз с головокружительной скоростью мистера Мортимера и с облегчением закрыл глаза – самое страшное, похоже, было позади.

* * *

Даже когда склон стал более пологим, и даже когда они влетели в залитую лунным светом долину, Бассет-Хаунд всё ещё бежал, постепенно снижая скорость. Затормозив наконец у ручья, он тут же рухнул на землю. А Фарри и не думал слезать. Он вообще ни о чём не думал. Глаза его теперь были широко раскрыты, и, слушая уханье совы, надрывавшейся где-то в отдалении, он отсутствующим взглядом наблюдал, как в паре дюймов от его носа бежит вода.