С пианино за плечами

Мистер Мортимер никогда не заставил бы дважды повторять предложения подобного рода. Через десять секунд, довольствуясь тем, что по крайней мере под аркой ворот не льёт, он уже спал.

Тем временем Фарри достал из рюкзака кусок мыла и тщательно натёр им бока мирно похрапывающего Пса. Затем он осторожно протиснулся через прутья наружу, резко крикнул: «Вперёд!» – и тут же впился своими острыми зубами в собачий хвост.

Расчёт оказался верным. Вечерний сценарий повторился с той только разницей, что вместо обычного разгона мистер Мортимер, как только его складки «сдались», получил ускорение и вылетел из решётки во двор замка, словно пробка из бутылки.

Не успев толком ничего понять и не имея возможности отклониться от заданного направления, он вбежал прямо в странную громадину посередине двора, оказавшуюся давно не работающим и затянутым паутиной каменным фонтаном.

Испугавшись результатов своей помощи и поздравляя себя с тем, что успел вовремя разжать зубы, Фарри со всех лап помчался за Бассет-Хаундом.

Тот сидел у фонтана, потирая громадную шишку на лбу, и разглядывал укушенный хвост. А потом он посмотрел на Мыша в упор.

– Ну, мистер Фарри, немногие знакомые мне Звери отважились бы на то, что сделали вы. И вряд ли хоть один рискнул бы проделать подобное дважды, да ещё и за один вечер! Теперь вы не просто мой попутчик и товарищ, теперь вы – мой Друг.

И он с чувством пожал обрадованному Фарри лапу.

– Однако, – добавил Пёс, – позвольте надеяться, что подробности двух сегодняшних инцидентов навсегда останутся между нами.

«Не совсем родственники» мистера Фарри

Двор замка оказался просторным и абсолютно пустым, если не считать каменного фонтана, до глубины души поразившего впечатлительного Фарри. Сооружённый в готическом стиле, он был украшен скульптурами Зверей и Людей, расположенными по кругу в несколько ярусов. Они походили на неподвижных часовых. Казалось, стоит повернуться к ним спиной, и каменные фигуры сойдут со своих мест.

Там были Единороги с львиными задними лапами и коронами на мощных шеях; крылатые Олени с ветвистыми рогами и щитами; Львы с вьющимися гривами. На верхнем ярусе, над искусно выполненными головами Людей, изо ртов которых когда-то лилась вода, располагались статуи поменьше: музыкант с лютней, монах, русалка, воины и короли в старинных одеждах, с мечами или свитками в руках. И весь этот «каменный торт», как окрестил его Фарри, венчала большая корона.