Наследница «Черного озера»

Глядишь, ехала бы сейчас с ветерком, подпевала песням, звучащим из динамиков, и наслаждалась дорогой, а не прислушивалась к странным постукиваниям и позвякиваниям, доносящимся откуда-то из-под днища, и не поминала через раз всю чертову братию, когда начинал глючить проклятый навигатор.

Сдув с лица рыжую прядь, выбившуюся из хвоста, я немного прикрыла боковое окно и мрачно уставилась на дорогу. Две полосы с большим натягом, асфальт времен моего отрочества, рваные обочины и бесконечные поля модифицированной кукурузы, ограниченные редкими металлическими столбиками с белыми вершинками, похожими на птичьи кормушки.

В таких зарослях я вполне могла бы заблудиться, как в лесу.

Чудное место! Вот просто то, что надо для полного счастья девушке, сбежавшей от неприятностей… и жениха. Если Рик меня здесь все-таки найдет, то без лишних угрызений совести прибьет и прикопает в стройных зарослях этой чересчур разросшейся культуры, да так, что никто и не узнает никогда, где закончила свой жизненный путь «ветреная» Блэр.

Ветреная… как можно было обвинять меня в склонности к неверности, лишь основываясь на значении имени?! Бред.

Передернула плечами, сжимая пальцами обтянутый кожей руль. Электромобиль, доставшийся мне от одной милой старушки, которая, получив наличные, охотно сделала доверенность на мое имя, не став светить этот факт во всевозможных базах, был хоть и стареньким, но вполне симпатичным… для Каракатицы. И катилась машинка раньше очень даже бодро, чем меня и радовала.

Не летела, конечно, быстрее ветра, но и не трещала, как сейчас, по швам, периодически мигая лампочками на консоли. Проблемы начались, стоило нам выбраться за границы небольшого городка, расположенного рядом с поместьем, носящим не менее оригинальное название, чем мой автомобиль.

Блэк-Лэйк. Черное озеро…

То ли дядя Лиам был человеком с выдумкой, то ли у местного населения оригинальное чувство юмора. Потому что, по словам мамы, уже полгода как проживающей на островах со своим молодым любовником, это не поместье, а сарай с тремя досками вместо двери, и хозяин его, хоть о покойниках и не говорят плохо, – больной ублюдок.

Бывший хозяин… Да и ублюдком он, рожденный в законном браке, вряд ли мог быть. Чего не скажешь о характеристике «больной». Пояснить такое отношение к умершему год назад брату моя весьма импульсивная родительница не пожелала.