Обворожительна. Мертва

Кажется, инспектор посоветовал мне следить за языком и пригрозил штрафом, но я не расслышала, так как все мое внимание было приковано к дате. Не к той, что стояла на фото Рокси, а к той, которая маячила в правом нижнем углу экрана. – Какое сегодня число? – подняв глаза на хмурого собеседника, пробормотала я.

– Вы и это запамятовали? – проворчал он, но потом нехотя ответил, подтвердив неприятные подозрения.

– Я отсутствовала не ночь, а три дня, – сказала, скорее, себе, нежели ему, и вновь опустилась на стул, обняв себя руками за плечи.

Мистер Олди несколько долгих секунд гипнотизировал меня пристальным взглядом, словно хотел понять, о чем думаю, затем снова развернул к себе электронную «книгу» с эмблемой полиции на «обложке» и принялся что-то писать по экрану.

– Заявлений о вашей пропаже не поступало. – Отложив в сторону перо, он задумчиво побарабанил пальцами по столу, после чего искренне предложил: – Хотите, я позвоню вашим родителям, Кай… мисс?

– На западное кладбище? – теперь сарказмом сочились уже мои слова.

– Сочувствую, – сухо отозвался инспектор. – Тогда кто ваш опекун?

– Мистер Олди, – скрипнула зубами я, чувствуя, что мы вышли на новый виток недопонимания. – Я сама уже десять лет как опекун! Повторяю, меня зовут Кайли О’Коннелл. Сеть косметических салонов с одноименным названием знаете? – Собеседник пожал плечами, давая понять, что, если и видел, вряд ли запомнил. – Мне двадцать семь лет…

– Опять? – рявкнул мужчина, треснув раскрытой ладонью по столешнице так, что подпрыгнул не только гаджет, но и я.

– Что опять? – Растерянно моргнула, глядя на него.

– Опять вы мне врете, мисс!

– Не верите? – прищурилась я. – Тогда снимите отпечатки пальцев! – и протянула трясущуюся руку ему. – В полицейской базе они есть – их брали, когда расследовали гибель родителей, так что подтвердить мою личность труда не составит. И… – Я сглотнула, чувствуя, что мне как будто что-то мешает дышать. – И я… – Ладонь безвольно упала на колени.

– Мисс? Что с вами, мисс? Кайли! – Голос обеспокоенного сыскаря, склонившегося надо мной, звучал словно через толстый слой ваты. Мне хотелось ответить, попросить о помощи или просто закричать, но вместо этого я лежала безвольной куклой на полу и чувствовала, как уплывает сознание.