Обворожительна. Мертва

Я стояла под прохладными струями воды в душе не потому, что была грязной, просто хотелось избавиться от неприятного ощущения, что меня мыли там, где до этого лежали трупы.

Прокручивая в голове события последних дней, я старалась не упустить ни одной детали, как вдруг ни с того, ни с сего начала вспоминать невероятно яркие эпизоды из… чужой жизни. От наплыва таких знакомых и удивительно реальных образов почувствовала себя пьяной. Голова закружилась, ноги подогнулись, и, сев прямо на керамический поддон, я начала ловить лицом падающую сверху воду, надеясь, что хоть она меня отрезвит.

Если верить словам чокнутого патологоанатома, этот поток воспоминаний следовало отнести к категории прошлых жизней. Хотя вариант внедренной в сознание личности в век выдающихся изобретений в разных областях науки и техники я бы тоже не исключала. Ученые в Дарилии и на Большой Земле работали в разных направлениях. Ведь вывела же глава моей мастерской новую формулу омоложения, составив реальную конкуренцию пластической хирургии и некоторым целителям из квартала мистиков, так почему чья-то другая контора не могла придумать, как подселить в тело одного человека память другого? Легко!

За семь часов, которые я была без сознания, такие ушлые доктора, как мистер Крофт, имели возможность сделать со мной все, что им заблагорассудится.

Ход моих мыслей был более чем логичен, однако интуиция подсказывала, что эти вспышки воспоминаний – вовсе не происки злобных экспериментаторов, а именно он – обещанный рыжим интриганом привет из прошлой жизни. Жаль, что я звалась в ней не Марибет. Глядишь, уже бы раскрыла тайну убийства чужой жены, в котором меня обвинили.

Тряхнув мокрыми волосами, я поднялась на ноги и решительно отринула назойливые картинки о семье с двумя детьми, большой собакой и домом с белой оградой где-то в другом конце квартала богачей, в котором жила под именем некой миссис Грин энное количество лет назад. Сдернув с вешалки банное полотенце, закуталась в него, не вытираясь. Оставляя на паркетном полу цепочку мокрых следов, вернулась в комнату, где на кресле лежал свежий комплект одежды, приготовленный мной перед мытьем.

Какое-то время я молча смотрела на дорогой серый костюм с приталенным жакетом, юбкой в пол и пепельного цвета блузкой из тонкого шелка. Все это так подходило мне – Кайли О’Коннелл, владелице процветающей сети косметических салонов, молодой, амбициозной, предприимчивой женщине, перед ногами которой еще недавно лежал целый мир.