Спокойствие, босс! или Ловушка для писательницы

Когда читала, очень хотела посетить вместе с коллегами световое шоу с обещанной организаторами вечеринкой, ну а потом я переключилась на сбор вещей, уборку, творчество – вернулась, одним словом, в реальную жизнь, а буклет, суливший сказочный праздник, отправился в новую квартиру на дне чемодана.

Эр Грэм, как выяснилось, только вчера утром подтвердил свое участие в грядущем корпоративе. И мне эра Вайн настоятельно рекомендовала тоже посетить это мероприятие… вооружившись астрологическим прогнозом начальника.

Вот как! А я-то, наивная, поверила в ее искреннюю заботу о пусть временной, но сотруднице. Но нет. По всему выходило, что мне придется работать даже в субботу, продолжая выполнять капризы нестабильного босса, пока все остальные будут веселиться. Нормальный такой праздник, угу.

Оно мне точно надо?

Вечером…

Дождь накрапывал, делая и без того поганое настроение плаксивым. Я уже не разбирала, что течет по щекам: вода, слезы, тушь? Вероятно, все вместе.

Хотелось разрыдаться в голос, проклиная капризную удачу, которая, кажется, окончательно от меня отвернулась. А ведь днем все было так хорошо!

На улице, несмотря на обычную для конца октября темень, народу хватало. Меньше всего мне сейчас хотелось чьей-то жалости во взгляде или, наоборот, насмешки. Так и брела, сама не зная куда, пытаясь понять, чем я разгневала мироздание, раз оно оставило меня не только без денег и без дома, но и без вещей.

Взглянула на часы – без пятнадцати восемь. Хм…

Я пока, к счастью, не безработная, а значит, под видом неотложных дел можно попробовать переночевать сегодня в офисе. Как раз и время не совсем позднее, да и до ИС рукой подать, ибо бродила я почему-то по центру города – наверное, там пейзаж краше.

Подойдя к остановке, посмотрела на свое отражение в мокром стекле. Темные потеки на щеках придавали особую трагичность бледному лицу, делая глаза еще больше и ярче.

Достав салфетки, принялась вытираться.

Как же я ненавидела эту кукольную внешность! Потому и пыталась бесконечно ее изменить. Природная блондинка с голубыми глазами и неожиданно темными бровями. Красотка, как называли меня родители. И тогда, в детстве, мне это очень даже нравилось. А после их гибели моим воспитанием занялся дядя, и обращение «красотка» стало чем-то унизительным, как и «милашка», и проклятая «куколка» тоже.