Санька и ангелочки

– Ладно, погоди секундочку.

Мерцающее облачко сорвалось с плеча и поплыло вперед. Затем остановилось примерно в метре от Санькиного лица, что-то там проделало и вдруг проявилось уже заметно яснее. Точнее проявилось не облачко, а маленькая смешливая девочка. Которая тут же спросила:

– А так?

– Так лучше, но все равно, не очень.

– Хорошо, – в руках у незнакомки появилась женская сумочка, ну, почти как у Ванькиной мамы, только поменьше намного. Девочка порылась в ней и достала флакончик, похожий на духи.

Затем тщательно побрызгалась этими духами с ног до головы. И стала чуть прозрачнее, чем раньше. Закинула духи в сумочку и повернулась к Саньке.

– Ну, как?

– По-моему, только хуже стало.

– Ну, ладно, – девочка фыркнула, достала из сумочки новый пузырек, отвинтила крышку и вылила все его содержимое себе на голову. И стала яркой-преяркой, словно ее только что отмыли в горячей бане, с мылом и шампунем.

– Ну вот, – обрадовался Санька. – Теперь я тебя здорово вижу.

– Ага! – ликовала девочка. – Я так и знала, что «Тройной» одеколон сильнее пахнет, чем «Шанель номер пять»!

– А ты себе одеколон на голову, что ли вылила? – Саньке показалось, что он уже чувствует этот противный, резкий запах. Но вроде нет, вроде только показалось.

– Ну, да, – девчонка уже успела спрятать куда-то свою сумочку. – А что?

– А как одеколон мне помог тебя увидеть? Он же просто одеколон, да еще и вонючий?

– Да запросто. Духи слабо пахнут, а одеколон сильно.

Поэтому духи не помогли, а одеколон помог, потому, что он сильнее. Понял?

– Нет, девочка, не понял. – Санька отрицательно качнул головой.

– Девочка??? Ух! Да я ж забыла представиться, – незнакомка поспешно вскочила, одернула платьишко и громко сказала:

– Будем знакомы еще раз, Санечек. Меня зовут Эллинка.

– A…, а меня зовут Саша, – с трудом выговорил Санечек, пытаясь понять, что же это за имя такое интересное у девочки.

– Да я знаю, – Эллинка снова заливисто рассмеялась.

 – Ты разве не заметил, что я с самого начала тебя по имени называю?

– Заметил, конечно, – важно сказал Санька и шмыгнул носом. – Это я из вежливости представился, ну, сказал, как меня зовут. Потому, что папа меня учил, что надо быть вежливым.

– Ну, тогда, ты молодец, Санечек. Правильно делаешь, что папу слушаешь, папа у тебя хороший, добрый и очень умный.

– Ух, ты! А ты и папу моего знаешь?

– Ага, знаю.