Сбежавший тролль

Потом она взяла себя в руки и снова принялась кричать: – А теперь, мальчишка, выметайся-ка наружу и давай ищи глаз!

– Не хочу к Улучшителю, – сказал Тролль-сын испуганным голосом. – Нет. Не хочу к Улучшителю. Нет, мама, не на…

– Я извиняюсь, Тролль-сын, но ты не выучишься манерностям у меня и у папы. У нас, когда мы были молодыми, не было возможностей улучшить себя – и погляди, куда это нас привело! Мы теперь сидим голодные, без кроликов… И ладно, если бы ты был как другие тролли, с двумя глазами, но для нас все совсем иначе, ведь мы большую часть времени ничего не видим.

И тебе будет нужна вся помощь, которую ты сейчас получишь.

Тролль-папа присоединился к точке зрения своей жены.

– Да, сынок, то, что твоя мама говорит, правда. Не так-то просто быть такими, как мы. Если б я сейчас мог вернуться назад и улучшиться, я бы так и сделал, но теперь уж поздно для нас, для старых троллей. Нам уж теперь никакое улучшение не поможет.

Но Тролль-сын помнил ужасные истории, которые он слышал об Улучшителе, и поэтому не очень проникся доводами родителей.

– Но Улучшитель жестокий. Так они говоря…

Это уже было слишком для Тролль-мамы, которая поняла, что ее сын никогда не сможет понять, что для него хорошо, а что плохо.

– Прекрати, Тролль-сын. Стоит начать делать что-то хорошее, как ты тут же все портишь… А теперь выметайся и не смей возвращаться, пока не отыщешь глазное яблоко!

Глаз в яме

Тролль-сын продолжал безуспешно ощупывать руками ровную земляную площадку, поросшую травой.

Но все было напрасно. Он никогда не сможет найти глазное яблоко, и поэтому его вечно будут наказывать за то, что оно потерялось, хотя он не имел к этому никакого отношения. Это была не его вина, что синяя птица спикировала с неба и выхватила глаз из рук его мамы, когда она стояла у разделочного стола. Нет.

А теперь его ждало самое страшное наказание из всех – неделя в Башне улучшения.

– Как холодно, – пробормотал он, шаря руками по земле. – Мне так холодно.

Он продолжал скользить руками по траве, а его зубы тем временем выбивали мелкую дрожь. И тут вдруг трава под его рукой перестала быть травой и сменилась пустотой. Он опустил руку в пустой проем кроличьей норы. Она была такой глубокой, что для того, чтобы дотянуться до дна, ему пришлось засунуть туда руку по самое плечо.

Пальцы Тролль-сына шарили по земле, пока не наткнулись на что-то круглое и холодное, на ощупь казавшееся одновременно и сухим, и мокрым.