Драконам слова не давали!

Кофе – только предлог, чтобы выманить личную помощницу на собственную территорию.

Она вплывает с подносом в кабинет ровно через пять минут. Грация у неё, конечно, вышколенная, но неживая какая-то. Сегодня я это вижу ясно.

– Присаживайся, – делаю знак рукой, и Её Холодное Величество плавно опускается на стул. Выжидательная пауза. Колыхание ресниц. Грудь трепещет в такт глубокому дыханию, словно эта томная пава волнуется. Как же. Отлично отрепетированный приём.

– Вы что-то хотели, Дмитрий Иванович? – не выдерживает Ксения.

Не так-то она безмятежна, как хочет казаться.

– Хотел, – пауза. Напряжённость во взгляде личной помощницы. – Информацию.

Она слегка расслабляется. Думала, я хочу поиметь её на этом шикарном столе?

– Расскажи-ка мне о сотрудниках агентства.

Ксения приподнимает идеально выщипанные брови и складывает руки на коленях.

– Вы хотите услышать что-то конкретное?

– Да. То, чего нет в личных делах.

– Сплетни? – она не осуждает, а уточняет.

Люблю деловой подход.

– Что-то очень близко, – киваю.

Ксения немного думает, демонстрирует мне губы: поджимает их, покусывает, проводит языком по кромке. Наверное, в другое время меня заинтересовали её манипуляции, но не сегодня. А может, и никогда. Я вдруг понимаю: ни хрена она меня не волнует. Не хочется даже ради спортивного интереса её трахнуть. Наоборот: стойкое ощущение, что я хочу от неё избавиться. Выгнать в шею первой.

Странный парадокс: она больше других внешне отвечает моим внутренним стандартам красоты, стиля, некоей элегантности.

Что называется, попадает в образ бизнес-леди, хорошего работника, который чётко знает своё место, обязанности. Её одежда ближе к дресс-коду. И так далее. Однако внутри растёт отторжение. Негативная реакция. И я не могу понять, чем она вызвана: ровным счётом ничего эта девушка не делает ни предосудительного, ни нарушающего профессиональную этику.

Ксения даже информацию о коллегах выдаёт обтекаемую, кругленькую, почти безликую.

Её характеристики сплетнями-то назвать можно с большой натяжкой. Ну с очень с большой.

На самом деле меня мало интересуют эти попугаи, но я терпеливо жду, как тот философ, что сидел на берегу реки и ждал, когда мимо проплывёт труп его врага. Мой «труп» плыть не спешил. Она перебрала всех, кроме Ники. Выдала абсолютно пустую породу и захлопнула рот, как печку – заслонкой. И снова призывно поколыхала ресницами.