Секрет еловых писем

Вероятно, он дорогой, и поэтому его нельзя выбросить, как выбрасывают другую мебель. И вот этот рояль испортил нашу прекрасную гостиную. Ведь Вернер у нас совершенно немузыкальный.

Кира кашлянула:

– Привет, мам, здравствуйте, господин Хагедорн! Я пригласила к нам Паули – надеюсь, вы не возражаете? У нас не было последнего урока, Паули забыла сегодня ключи, а ее мама еще не вернулась домой.

– Нет проблем, – буркнул Вернер.

Анна кивнула.

– Я все равно наготовила слишком много всего, – сказала она и засмеялась.

 – Теперь нужно, чтобы кто-нибудь помог нам все это съесть.

– Супер! Спасибо!

Мы двинулись дальше, держа курс на комнату Киры. Поначалу Кира и Анна поселились в гостевой комнате. Но когда стало ясно, что они останутся, Вернер перенес свой письменный стол из просторного кабинета в маленькую комнату рядом с кухней. Прежде это была кладовка с одним окном, но теперь, отремонтированная и покрашенная, комната выглядела очень прилично. Кира осталась в гостевой комнате, Анна поселилась в бывшем кабинете профессора, а сам Вернер был доволен, что работал теперь поблизости от холодильника: когда он размышлял над какой-нибудь безумно сложной физической проблемой, ему часто срочно требовались йогурт или бутерброд с колбасой.

Только у меня ничего не изменилось и моя корзинка по-прежнему стояла в длинном коридоре наискосок от входной двери.

Удивительное дело, но Вернер даже не жалел о своем кабинете. Наоборот, когда переставили всю мебель, он заявил, что кабинет все равно был для него слишком велик и что теперь все в порядке.

Кто бы мог подумать, что Вернер на старости лет обзаведется семьей!

Девчонки пришли в комнату Киры и рухнули на кровать. Я выждал минутку, но потом тоже вскочил туда и улегся рядом с ними.

– Скажи, что, твоя мама и профессор Хагедорн теперь… ну… вместе? – спросила Паули.

– Не-ет! С чего ты взяла? – удивилась Кира.

– Ну, понимаешь, мне так показалось. Они выглядят людьми, которые очень хорошо относятся друг к другу.

– Ясно, что у них хорошие отношения.

Но они не вместе. Профессор нравится маме как хороший человек. Не как мужчина.

Святые сардины в масле! Опять этот типичный человеческий язык! Мужчина или человек – какая разница? Ведь мужчины тоже люди, разве нет? Впрочем, по-моему, Паули тоже удивилась такому объяснению: она наморщила лоб и сказала «Ага».

Кира вздохнула:

– В общем, Паули, дела у нас такие: после неудачи с ее бывшим другом Вадимом мама даже слышать не хочет о мужчинах.