Секрет исчезающей картины

– А по-твоему, старушка не может быть дамой?

– Ну, я думала, дама – это… когда в шляпе.

– Ну, Степа, удружила, – еще пуще заливалась хохотом тетя Липа. – Нет, дама не обязательно в шляпе. Дама и в ватнике может оставаться дамой, если она настоящая. А Пивочкина мать – настоящая дама. Вот познакомишься с ней, поймешь. Только должна тебя предупредить, мне придется сказать обо всем Тате.

– Аськиной маме, да?

– Да. Не могу я за ее спиной действовать.

– Понимаю. А она…

– Нет, она никому не скажет, это я тебе обещаю.

– Хорошо, – кивнула Степанида. – Только я до Мотькиного отъезда не смогу…

– Она через неделю уезжает?

– Через неделю.

– Не страшно. Да и вообще, это еще вилами по воде, может, Юлия Арсеньевна еще и не захочет, или Пивочка платить не сможет, мало ли какие у людей дела… Да ты не вешай нос, может, и выгорит. Ох, тебе бы это здорово полезно было.

– Еще бы!

– Да нет, я не заработок даже имею в виду. Тебе поближе познакомиться с таким человеком, как Юлия Арсеньевна, было бы очень полезно.

– Почему?

– Потому что она тебя многому научить может.

– А она разве не в этом… как его… в маразме?

– С чего ты это взяла? – вскинулась тетя Липа.

– Ну, я думала…

– У нее, если хочешь знать, светлая голова, да и вообще… Она чудо, Юлия Арсеньевна. Просто она долго болела, слабенькая стала, а дочке ее все некогда, она в театре играет, и на радио, и в кино… Ладно, Степа, я попробую.

– Спасибо вам, тетя Липа!

– Погоди, рано еще благодарить-то.

– Сначала в Питер, потом в Ригу и в Таллин.

– Прекрасно, просто прекрасно. Дай ей бог! Тебе повезло, Степа, у тебя такая сестра…

– Я знаю, она клевейшая…

– Что-что? – переспросила тетя Липа.

– Клевейшая, ну, хорошая, значит, самая лучшая! Она мне вон какую куртку купила, хотя моя вроде и неплохая была… И сапоги!

– Я всегда говорила, что Матильда далеко пойдет, и вот, не ошиблась.

– Она знаете какая? Ей предложили на телевидении передачу для подростков вести, а она отказалась.

– Почему это? – ахнула тетя Липа. – На телевидение все рвутся, а она отказалась?

– Не хочу, говорит, дешевой популярности. Меня через три дня вся страна будет знать, а потом в три дня забудут. И никто во мне артистку видеть не будет, а только мордашку с телевидения.

– Так и сказала?

– Так и сказала.

– Да… Молодец, Матильда, умная какая… И сильная. Я горжусь ею.

– Я тоже.