Секрет Тайной библиотеки

Она была самым юным и неприметным из всех обитателей дома.

И она была самой умной.

Никто не знал, откуда взялась её сообразительность. Потому что никто, даже сама Талли, толком не знал, откуда она родом.

Она знала, что её зовут Таллула. Знала, что ей десять лет и что когда-то она жила со своей матерью. Она даже немного помнила своё прошлое – позвякивающие мамины браслеты, мотив любимой песни, которую та напевала, и щемящее чувство, когда она прижималась к маме, слушая сказку на ночь. Но Талли не помнила её имени.

Она не знала, где родилась, и не знала, где теперь находилась её мама.

– Она умерла, – говорила миссис Снид каждый раз, когда Талли спрашивала её об этом.

Затем домработница тяжело вздыхала, как будто присматривать за Талли доставляло ей массу проблем.

Миссис Снид нашла её восемь лет назад, когда Талли было всего два года. Домработница почти каждый день пеняла девочке на то, сколько неудобств она ей доставила.

– Из-за твоего плача мне пришлось пойти в сад, – каждый раз ворчала миссис Снид, рассказывая ту историю.

 – Пересечь лужайку, пройти через весь лес, к морю. А там ты! Хнычешь на краю утёса. Так эгоистично и безрассудно! А потом, ты ведь даже не делала ничего полезного.

Талли вспомнила, что чувствовала в тот день, как бился на ветру её фартучек вокруг ног. Она до сих пор представляла себе крошащиеся камни. Но она помнила кое-что ещё: танцующую маму с сияющими глазами.

– Здесь так волшебно! Однажды ты увидишь это, Таллула! Тысячи книг, как я и говорила тебе! – Мама взъерошила детские волосики Талли и вздохнула.

 – Мы не можем остаться, милая. Мы не должны даже быть здесь. Пойдём. Мне нужно кое-что сделать на утёсе. Там мы проскользнём через отверстие в стене, которое я тебе показывала…

Талли вспомнила, как тёплые руки опустили её на землю, и она крепко сжала своего плюшевого мишку.

– Сиди здесь, – прозвучал мягкий мамин голос, – я вернусь через минуту, дорогая.

Остальные воспоминания представляли собой короткие вспышки: запинка, разбросанная галька, развевающиеся на ветру кружева маминой юбки, а потом всё исчезло…

Талли потянулась вперёд.

Но всё, что осталось от мамы, – это лоскут кружева в руках Талли и самодельный плюшевый мишка на коленях.

– Ма! – Талли плакала и плакала.

Послышались шаги…

Женщина с узкими глазами и сжатыми губами посмотрела на неё сверху вниз.

– Ма пропала! – всхлипывала маленькая Талли.