Исцелённая любовью, или Сказание о королеве Лайле и бедном рыцаре

В этот раз Лайла не будет прощать нерадивых. Николас получает приказ разобраться с теми, кто не доглядел за детьми.

– Будет выполнено. – Он склоняет голову. – Мы бы ни за что не побеспокоили вас, Ваше Величество, но принцам скоро нужно будет мыться и одеваться для церемонии.

Лайла закрывает глаза, позволяет своей магии проснуться и потянутся к самым родным и любимым. Первым, как и всегда, она находит мужа. Он на нижнем уровне, недалеко от конюшен, спокоен, сосредоточен, может быть, чуть-чуть раздражён суетой.

Его искра слабее других, но магию Лайлы ведёт любовь, и муж в её сердце – всегда первый.

Затем она тянется к детям. Находит их в детской, всех, кроме старших озорников. Поиск Рагнара и Вигге затягивается, пока Лайла не догадывается посмотреть на самые верхние уровни замка.

– Они в северо-западной башне.

– Там всё осмотрели, – с виноватой нотой в голосе возражает советник.

– Мальчики и Кларисса на самом верху. Скорей всего, на чердаке.

Лайла хмурится, чувствуя слабое мерцание магических потоков там, где находятся близнецы.

Они обещали не использовать магию без присутствия взрослых, но, похоже, нарушили слово.

– Я сама за ними схожу.

– Но как же?.. – Николас косится на живот Лайлы.

– Ничего страшного, – отвечает она. – Срок не настолько большой, чтобы не иметь сил подняться на пару ступеней.

Наверх ведут сотни ступеней, и Лайла устаёт, пока добирается до последнего уровня башни. Приставной лестницы нигде нет – вот как дети смогли спрятаться от тех, кто должен был за ними смотреть.

Глядя на закрытый вход на чердак, Лайла зовёт сыновей:

– Рагнар, Вигге, а ну открывайте! Кларисса, милая, и ты там?

Дверца чердака открывается, но не сразу. Дети спускают лестницу, хотят спуститься и сами, но Лайла решает узнать, чем они там занимались.

Поднявшись на чердак, она оглядывается по сторонам. Чего тут только нет, кроме чистоты и порядка.

– Мы просто играли, – бормочет Вигге, вытирая носком ботинка пыльный пол.

Лайла присаживается на стул с потёртой обивкой.

– Вам недостаточно комнат для игр? Тех чудесных игрушек, которые мы с папой вам дарим?

Рагнар гордо вскидывает подбородок, невероятно напоминая этим отца. И тон у него такой же – уверенный, убеждённый в своей правоте. Мальчику всего семь, но даже в мелочах видно: растёт настоящий властитель.

– Игрушки – это для глупых и маленьких. А здесь всё настоящее.

Никто не сможет убедить его, что находящееся здесь – старый хлам.

Вигге кивает.