Серафина и расколотое сердце

Какой-то усатый джентльмен, сидящий неподалеку, попытался заговорить с ним:

– Как приятно видеть вас, мастер Брэден. Мне было так жаль, когда я узнал, что вы перестали ездить верхом. Ведь вы всегда так любили лошадей.

Джентльмен искренне хотел проявить заботу и доброжелательность, но после его слов лицо мальчика словно окаменело.

Серафине так хотелось привлечь внимание Брэдена, подать ему знак, показать, что она рядом, – например качнуть воду в его стакане или сделать еще что-то в том же роде. Но, стоило девочке приблизиться, как Брэден помрачнел еще больше.

Он пробормотал, что устал, и попросил разрешения выйти из-за стола.

– Спокойной ночи, Брэден, – проговорила миссис Вандербильт, огорченная тем, что он уходит так рано.

– Спокойного сна, – сказал мистер Вандербильт племяннику, но потом, коснувшись руки Брэдена, притянул его к себе и очень тихо добавил: – Не забудь: ночью слуги запрут двери на все запоры и выставят охрану.

Брэден стиснул зубы и, не сказав в ответ ни слова, вышел из зала.

Его грубость поразила Серафину. Если мистер Вандербильт догадывался об опасностях, угрожающих Билтмору, то его решение запереть двери и выставить охрану было единственно верным. Но почему-то складывалось впечатление, что все будет перекрыто не для того, чтобы защитить Билтмор от вторжения, а для того, чтобы помешать Брэдену выйти из дома. Мистер Вандербильт специально предупредил племянника. И тот был от этого не в восторге.

Серафина последовала за другом. Тот с трудом поднялся по лестнице и доковылял до своей комнаты, подволакивая схваченную металлом ногу.

Брэден обладал особым даром исцелять животных. За время их знакомства Серафина видела, как он вылечил лису, сапсана и многих других зверей. Он любил и понимал животных, а они любили и понимали его. Но, к сожалению, Брэден не умел лечить людей – в том числе и себя.

Что же такое случилось, какое горе заставило его отвернуться от своих самых верных друзей? От пса, от лошадей…

Гидеан уже ждал хозяина возле двери в комнату.

– Я не хочу, чтобы ты ходил за мной, – холодно сказал Брэден Гидеану. – Уходи!

У собаки был такой несчастный вид, что Серафине страстно захотелось присесть рядом и погладить его, как она делала раньше.

– Конечно, он это не всерьез, – сказала она Гидеану, хотя пес не слышал ее.

На самом деле она уже ни в чем не была уверена. Кто знает, может, Брэден говорил всерьез.

Проскользнув вслед за Брэденом в его комнату, девочка пришла в изумление.