Серая мышь для королевы

Марине понравилось, что парень не убежал сразу, разочарованный отсутствием химички, а остался. Хорошо бы именно из?за нее, из?за Марины. Потому что, откровенно говоря, он ей сразу приглянулся. Хотелось рассмотреть его получше, а может, даже познакомиться.

Марина составила несколько штативов на эмалированный поднос и обернулась к стеллажам в поисках свободного места.

Взгляд медленно поднимался все выше и затормозил на самой верхней полке. Ну вот. Просто так до нее не дотянуться, придется подставлять стул.

Марина отвернулась от стеллажа, оглядела лаборантскую и почему?то уставилась на непрошеного, хотя и приятного гостя. А тот, словно прочитав Маринины мысли, охотно предложил:

– Давай помогу!

Парень подошел, решительно взял поднос из лавренковских рук, потянулся вверх, словно собирался взлететь.

Пробирки весело и громко забренчали, как будто принялись живо обсуждать выделенное для них место. Их звон еще какое?то время отдавался в ушах, заглушая прочие звуки.

Хотя какие прочие? Стояла тишина.

Избавившись от подноса, парень вопросительно глянул на Марину:

– А она точно вернется?

Он имел в виду Елену Валерьевну.

– Обещала же, – напомнила Лавренкова. – Да и ключ у нее. Не оставит же она кабинет незапертым до завтра.

Парень задумался, что?то прикидывая или подсчитывая.

– Я тогда попозже зайду.

И направился к выходу из класса.

Марина на мгновение растерялась, но быстро нашлась, торопливо крикнула вдогонку:

– Если хочешь, я ей скажу, что ты заходил.

Парень остановился, оглянулся.

– Только… – Лавренкова замялась и вопросительно посмотрела незнакомцу прямо в глаза.

Он опять без лишних слов понял Марину.

– Меня Антон зовут. Мажарин. Но можешь Елене не говорить. Все равно потом приду.

Марине хотелось назвать и свое имя. Оно уже вертелось на языке, но Антона, похоже, ни капельки не интересовало. Он ухватился за дверную ручку, дернул и недоуменно хмыкнул:

– Что? Заперто? Как это?

– Да ну?! – недоверчиво воскликнула Марина, тоже подошла к двери и ухватилась за ручку, забыв, что за нее уже держится Антон.

Его рука была теплой и твердой, очень приятной на ощупь. По крайней мере по сравнению с бездушной металлической ручкой.

Мажарин озадаченно глянул на Марину, она испуганно отдернула пальцы и смущенно пробормотала:

– Я не запирала.

У Антона изумленно взлетели вверх брови. Он в этом и не сомневался.