Серебряное дерево

Весь век сторожил Хвойка лес, все деревья знал на ощупь. Руки у Хвойки были шершавые, в трещинках, словно кора старого дерева, и сколько в этих трещинках таилось тепла, знало каждое дерево в лесу.

Но состарился бедный Хвойка, туговат стал на ухо, слабоват на глаза, а иногда даже засыпал на дежурстве. Давно настала ему пора отдыхать на Маковом лужке, где заслуженные старички страны грелись на солнышке, слушали жужжание пчёл да вспоминали старину.

Однако стоило завести речь о Маковом лужке, Хвойка становился печальным и тотчас же заболевал.

Добрые свирельцы не могли лишить старика единственной радости, и он по-прежнему оставался на посту лесного сторожа.

– Хвойка больше всех виноват! Пусть или лечится, или идёт на Маковый лужок! – продолжал возмущаться Пятью пять.

Он так размахался руками, что один раз даже задел за нос плотника Плошку.

Свирельцам всегда приятнее было хвалить друг дружку, а слушать, как Пятью пять нападает на Хвойку, им было очень неприятно.

– Оставь старика в покое, его и так мучает совесть! – стал заступаться за Хвойку плотник Плошка. – Почём мы знали, что случится такое? Небось из чужой страны явился преступник…

– Верно, верно! – поддержали Плошку другие свирельцы. – Такого у нас отродясь не бывало и не повторится больше!

– Нет, повторится! Преступление совершил свирелец, и я скажу, как его звать… – заявил Пятью пять.

Оказывается, Гнилушка уже давно похвастался ему, что у него обязательно будет вешалка из оленьих рогов для его жёлтого картуза, и теперь Пятью пять сразу заподозрил, что это преступление – Гнилушкиных рук дело.

Но свирельцы не дали ему продолжать.

– Откуда ты знаешь?! Ох, что он говорит!.. Не надо, перестань!.. – закричали они и стали затыкать пальцами уши и зажмуривать глаза.

Воинственный Пятью пять не унимался и продолжал что-то кричать, но свирельцы его больше не слушали.

Тут вперёд вышел учитель Минус. Свисток Гарпуна призвал свирельцев к порядку. Все смолкли и стали смотреть учителю в рот.

Минус любил выступать с речами и славился своим ораторским искусством. Иногда речи его бывали кратки, иногда, наоборот, длинноваты, но всегда учитель произносил их с выражением.

– Послушайте, граждане Свирелии! – начал Минус. – Самое прекрасное, что есть у нас в стране, – это лес со всеми его обитателями.