Сесилия Гатэ и тайна саламандры

Результат появился на экране почти сразу, как только Лео нажал на поиск: целая галерея разных изображений одного и того же животного. И подпись у всех была одна – саламандра.

Лео выбрал одну картинку и прочел описание:

Лео вернулся к фотографии мужчины на пляже и увеличил татуировку.

– Там как будто еще что-то есть, – сказал он, чуть не уткнувшись лицом в экран, – число или буквы.

Мальчик снова увеличил картинку и стал нажимать на кнопки, пытаясь добиться большей четкости.

– Разрешение плохое, – вздохнул он, но потом все-таки добился того, что надпись стала разборчивой.

Прямо перед высунутым языком саламандры был вытатуирован номер:

Лео сохранил изображение и вернулся к его оригиналу.

Сесилия покачала головой. Теперь она думала о мертвеце совсем по-другому – теперь она думала о нем как о саламандре. О человеке, который вышел ночью из своего укрытия и оказался на пляже. Человеке с холодной кровью. И этот человек был не один. Татуировка ясно указывала, что он – номер два, что таких, как он, – двое.

Глава 4

Обломки крушения

Лео захлопнул крышку компьютера, вылез из-за стола и обошел вокруг кресла.

– Твой отец снова поехал к месту крушения, – сказал он, глядя мимо Уне на море.

Уне обернулась и увидела, что рыбацкая лодка отца скрывается за Стейнхольменом. С другой стороны в том же направлении шла еще одна лодка.

Сесилия взяла бинокль.

– Полицейский катер, – пояснила она.

Лео поднял свою камеру и настроил объектив.

– Что они собираются делать?

– Я могу позвонить папе и спросить, – предложила Уне и достала мобильник.

И тут зазвонил телефон Лео.

– Это моя мама, – сказал мальчик, – алло.

Он обменялся с матерью короткими фразами, потом повесил трубку.

– Мне надо бежать, – сообщил Лео, – машина с вещами приехала. Помогу маме все разгрузить и расставить по местам, – и он исчез на лестнице.

– Папа не отвечает, – Уне сунула телефон обратно в карман, – поедем сами посмотрим?

Сесилия кивнула.

Они сбежали по лестнице к стойке регистрации. Один из гостей у стойки разговаривал с отцом Сесилии. Отец поднял голову и помахал девочкам рукой.

Сесилия подошла к стойке и стала ждать, пока отец закончит с гостем. Это был один из тех двух иностранцев, которые жили в пансионате. Он говорил по-норвежски, иногда вставляя английские слова.