Синяя сказка, голубые миражи

– Это очень похоже на остров чародейки Фата-Морганы, – внимательно выслушав сказание, авторитетно заявил Мальчик. – Мне Папа читал про неё книжку. Фата-Моргана заманивала на остров усталых заблудших путников. Увидев прекрасные дворцы, они, как заворожённые, сворачивали со своего пути, а чудесные видения через некоторое время бесследно исчезали. Фата-Моргана же забавлялась, наблюдая за великим изумлением людей. – И после вздоха сожаления добавил: – Жаль, что острова, про который, Море, ты мне рассказало, нет в действительности, а города – тем более.

На что Море ответило, что остров с Золотым городом действительно существует, но это большой секрет, про который вовсе не следует трубить на всех перекрёстках. Ведь люди уже не одну тысячу лет ищут его, потому-то сейчас он и затерян в пространстве и времени.

«Вот было бы славно отыскать его! Вот было бы здорово побывать на нём!» – мечтательно подумал Мальчик, когда осознал смысл сказанных слов. И снова вздохнул.

– Но… почему? Почему он спрятан от людей?

– Потому что люди, становясь взрослыми, перестают верить в чудеса. А самое печальное то, что они перестают мечтать о невероятном, – глухо шумело волнами Море. – Более того, с возрастом люди становятся заложниками земных удовольствий, которые достигаются с помощью богатства, золота. Точно цепями скованы они ими. Только дети по-настоящему свободны от привязанности к богатству. Только дети обладают уникальными способностями пропускать через свои маленькие чистые сердечки представления о добре и зле, о чести и бесчестии… Поэтому, если и доведётся кому-то однажды отыскать путь к заветному острову и увидеть Золотой город, так только самому бескорыстному обладателю истинно светлой души.

Чайки-пилигримы признались, что им тоже известно об удивительном острове, на котором богатство неприметно, исподволь, взяло над людьми огромную власть. И не просто власть, а безраздельное, абсолютное господство.

…Год от года жители того острова становились всё состоятельнее и состоятельнее.

– Золото, золото, золото, – бормотали они, снова и снова пересчитывая золотые монеты и слитки, изнемогая от чарующего блеска. – Сладостное золото…

И была у тех людей ещё одна страсть. Не менее благоговейная, чем к своему богатству. Это – птицы. Золотоглазые сладкоголосые птицы, что жили в священном изумрудном лесу.