Сказ о Люте, Красе и Змее

Краса встревоженно оторвалась от почти замешанного теста – пироги затеяла. Солнце опять заглянуло в окно, но потускневшим, не радостным светом. Словно покоробило его лик происходящим снаружи. Скрипнула, противясь чужой руке, дверь. На пороге воздвиглась массивная фигура. Венец железный на голове. Глаза, как у змеи – давят тяжелым взглядом вертикальных зрачков. Лицо блеском чешуи отливает и плащ чёрный кожистый за спиной, как крылья нетопыринные сложенные.

– Встречай гостя, царевна! Аль не рада? – раздался шипящий голос, за лёгкой иронией таящий нечто угрозное.

– Кто такой да без стука? Не зван не прошен, лесом трещишь да солнце заслоняешь, – спросила Краса, тревогу не проявляя. – Хозяин будет скоро, а мне недосуг. Тесто подошло.

– Кто таков, говоришь? Не спеши. А и хозяин мне твой без надобности. К тебе я. За тобой, точнее, – прошипел вошедший, внимательно следя за реакцией Красы. – Всё честь по чести – царевне внимание царское. Сам за тобой прилетел, цени. А то живешь не по чину. Ну что это? Царевна и пень лесной, мхом поросший.

– А не боишься? Вернётся хозяин. А вдруг осерчает? – спокойно спросила Краса, продолжая вмешивать муку в тесто.

Змееглазый злобно прищурился, закипая. Бросил надменно:

– Кто? Я? Не заговаривайся женщина! Я – Змей! Железным венцом коронованный! Я таких лапотников дюжину на ужин сырьем жру! С потрохами!

– О, вот уже и не царевна, а женщина! Ещё холопкой своей назови, невежесть коронованная! Ой не подавиться бы тебе, Змеюшка с тех лаптей! – насмешливо бросила Краса, всё же взглянув с сожалением на недомешанное тесто.

– Утомила ты меня болтовней своей никчёмной. Захочу, так и рабой назову, – налился кипящей злостью шипящий голос, взвился выкриком, – Конец разговору!

Взмахнул плащом – закрутился чёрный вихрь по горнице, скрыл гудящий мраком Красу, выметнулся наружу и только тень в небе мелькнула, всё уменьшаясь.

*****

Солнце почти скрылось за частоколом могучих елей. Лют вышел тропой из окружающих объятий леса. Остановился, пристально вперив взгляд зелёных глаз в настежь распахнутую дверь. Внимания не минуло отсутствие вьющейся ленточки дыма из дымоволока и ожидаемого запаха хлеба. Мягким шагом он преодолел расстояние от леса до избы. Скрылся внутри. Немного погодя вышел. Из побелевшей хватки правой руки свисали концы припорошенного мукой рушника.