Навет старого колдуна

Женщина испугалась и чуть не вскрикнула, но, вовремя успела закрыть шалью рот, в страхе, что ее крик разнесется по лесу чудовищным многоголосьем и разбудит все самое страшное и злобное, уснувшее под корягами и по дальним рямам.

Собрав все мужество, она протянула руку к гладкой, позеленевшей от времени ручке, в последний момент, хотела отдернуть ее и развернуться, но, неведомая сила опять зашипела совсем рядом: «Иди, иди и не бойся». Ведомая злобной жутью, чувствуя себя как в страшном сне, она дернула ручку на себя, дверь открылась и она вошла.

Голова закружилась от спертого воздуха, перемешанного с настоями трав и горечью полыни. Постояв минуту, она пришла в себя и осмотрелась.

Перед ней на середине избушки, за грубо сколоченным деревянным столом, сидел старый седой дед. Из-под белых, нависших бровей, смотрели на нее два иссиня-черных глаза долгим и испытывающим взглядом. Позади него, на шесте горела лучина, а на столе светилась зажженная свеча.

– Здравствуйте, – поздоровалась вошедшая женщина, и не узнала своего голоса, он стал хриплым и сухим, как будто шел откуда-то из-под земли.

– Землю с могилы принесла? – спросил дед, каким-то железным голосом, и все также испытывающе, смотрел на нее.

– Принесла, – тихо проговорила женщина, ее голос дрожал, – и фотографию принесла.

– Ложи на стол, – проговорил он, и женщине показалось, что рядом опять заскрежетало ржавое железо.

Женщина положила на стол свернутый вчетверо бумажный лист с фотографией и тряпичный мешочек с могильной землей.

Трясущимися руками достала из кармана завязанный узелок, развязала и расстелила перед колдуном. В свете свечи заиграли сверкающими огоньками: два золотых кольца: одно обручальное, другое с камнем; увесистые золотые сережки с подвесками-шарами и толстый золотой православный крестик. Старый колдун посмотрел на приношение, поднял свои угольные глаза, в которых сверкали злые искры.

– Жалеть не будешь? Большой грех на душу берешь, – многотонная ржавая бочка рухнула совсем рядом и развалилась на куски.

– Не буду, – еле слышно ответила женщина.

– Тогда ступай, – железо скрежетать перестало, старый колдун положил руки на стол, по обе стороны свечи и, как будто застыл.

Не чувствуя под собой ног, женщина попятилась, с трудом нашарила ручку за спиной, отворила дверь и выбралась из избушки.

Глава 1

Колеса мерно стучали по рельсам, и каждый перезвон отсчитывал новые километры дороги.